Афганистан – символ неудачи стран-членов ШОС

Автор -
440

«Афганистан стал символом неудач ШОС с точки зрения внешней публики», резюмируют западноевропейские эксперты Марлен Ларуэль и Себастьян Пейруз в докладе «Региональные организации в Центральной Азии: характеристики взаимодействий, дилеммы эффективности» опубликованном Университетом Центральной Азии (UCA).

Профессор международных отношений Института европейских, российских и евразийских исследований Марлен Ларуэль и ее коллега по институту Себастьен Пейруз считают, что в области безопасности два события подчеркнули те сложности, с которыми сталкиваются региональные структуры при организации каких-либо коллективных действий. Это Афганистан после 2001 г. Для ШОС и события 2010 г. в Кыргызстане для ОДКБ.

Французские эксперты подчеркивают, что Афганистан стал символом неудач ШОС с точки зрения внешней публики.

«В 2001 г. вторжение США, предпринятое всего лишь несколько недель спустя после террористических актов 11 сентября 2001 г., продемонстрировало способность США и ее европейских союзников быстро и массово развернуть боевые действия в театре, который по определению ШОС, относится к ее сфере влияния. Вместо того, чтобы дать единый ответ от всей организации, страны-члены ШОС реагировали в единоличном порядке. Сближение Москвы с Вашингтоном и открытие двух американских военных баз в Кыргызстане и Узбекистане вызвало недовольство китайских властей и ослабило политическое доверие между государствами-членами. В середине 2000-х. годов ШОС попыталась стать более активным игроком на афганской арене и создала первую группу, установившую контакт с Афганистаном», — цитирует специалистов UCA.

По мнению экспертов, несмотря на такие новые наглядные свидетельства вовлеченности и даже на то, что Афганистан получил статус наблюдателя в ШОС в 2012 г., организация все еще фактически не имеет присутствия на афганской арене и имеет ограниченный набор средств для влияния на ситуацию в Афганистане в ближайшие годы.

«В то время как ШОС критиковала отсутствие успеха в действиях международной коалиции в Афганистане, ни одна из стран-членов ШОС не готова направить свои войска в Афганистан. Все страны строят свои политические отношения с Кабулом на двусторонней основе: Россия по причине советского прошлого, Китай по причине своих крупных инвестиций в разведку и добычу полезных ископаемых, Казахстан по причине гуманитарной помощи и поставок зерна в Афганистан и Узбекистан, и Таджикистан по причине экспорта энергии и наличия своих этнических диаспор в северных провинциях Афганистана. Создание единой военной силы не является целью стран-членов ШОС, более того, даже совместные действия в области восстановления гражданской инфраструктуры не обсуждается в рамках ШОС», — подчеркивают Ларуэль и Пейруз.

Отмечается, что ОДКБ столкнулась с очень похожей дилеммой в 2010 г.

Межэтнический конфликт в Оше и на юге Кыргызстана наглядно подчеркнул отсутствие каких-либо адекватных региональных механизмов реагирования в случае внутренних кризисов. Несмотря на просьбы Розы Отунбаевой, направленные России, вмешаться от имени ОДКБ, внешнего воздействия так и не произошло. Москва отказалась вмешиваться, справедливо ссылаясь на отсутствие юридической основы для таких действий, так как в рамках ОДКБ предусматриваются совместные действия между странами-членами в случае нападения извне или же внешних сил, но никогда в случае внутренних конфликтов. Узбекистан резко выступил против какого-го либо вмешательства ОДКБ, опасаясь, что российские войска затем обоснуются на постоянное основе на южных границах Узбекистана.

В результате этой неудачи Россия предложила изменения в устав ОДКБ, которые были утверждены в декабре 2010 года и в рамках которых теперь предусматривается реагирование и в случае «иных вооруженных нападений», угрожающих безопасности, стабильности, территориальной целостности и суверенитету государств-участников Договора. Институт современного развития – научно аналитический центр, выступил с предложением о том, чтоб решения в рамках ОДКБ принимались большинством голосов, а не единогласно, что теперь является достижимым, принимая во внимание выход Узбекистана из организации. Однако крайне маловероятно, что Россия, обладающая теперь необходимой юридической основой для вмешательства, захочет направлять своих солдат для прямого участия в политических или социальных кризисах в странах ЦА.

ШОС, и Пекин в особенности, хранили молчание в ходе кризиса в Кыргызстане, ограничившись заявлением о необходимости предотвращения кровопролития. Конфликт ослабил легитимность организации как инструмента обеспечения региональной безопасности. Как для ШОС, так и для ОДКБ ухудшающаяся ситуация в двух государствах-членах организаций – Кыргызстане и Таджикистане, вызывает не только опасения в части безопасности, но также подчеркивает бессилие механизмов этих организаций и их неспособность обеспечить коллективное реагирование на крупные кризисы внутри стран-членов.

Борьба с контрабандой наркотиков является еще одним примером неудач в области безопасности. Несмотря на распространение деятельности разнообразных институтов, и программ, отмечается отсутствие политической воли для координаций коллективных действий, выходящих за рамки декларативных заявлений. Органы, курирующие борьбу с наркотрафиком, очень политизированы и напрямую связаны со службами безопасности, и тем самым, с правящими кругами, а их деятельность покрыта туманом. Скрытые доходы, происходящие из контрабанды наркотиков, питают, в рамках очень тесных отношений, те органы, которые и призваны бороться с наркотиками.

В Таджикистане у разных правоохранительных органов есть своя собственная программа по борьбе с наркотиками, в рамках которой «свои» наркоторговцы получают защиту и ограждение от конкурентов. Более того подозрения в причастности к торговле наркотиков падают даже на семьи президентов стран ЦА. В Кыргызстане Агентство по контролю наркотиков было упразднено в октябре 2009 года президентом Курманбеком Бакиевым после того, как это агентство провело операцию, в результате которой всплыла прямая причастность президентской семьи к наркоторговле.

Опасения того, что международные или региональные организации получат право осуществлять надзор за неэффективной деятельностью национальных органов и их коррупционными схемами, является мощным фактором, ограничивающим сотрудничество между внешними и национальными органами. Международное сотрудничество вступает в конфликт с принципом национального суверенитета, на который ссылаются правительства для ограничения права международных доноров проводить мониторинг борьбы с контрабандой наркотиков внутри государств.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться