Журналист Крис Риклтон — о депортации из Кыргызстана, политических драках и коррупции

Автор -
1828
Фото: https://informburo.kz

В Кыргызстане Крис Риклтон прожил почти 9 лет. Приехал работать в американский университет Центральной Азии в Бишкеке и остался в стране. Там же женился и там же воспитывал дочь. Однако 9 декабря 2017 года в аэропорту Манас ему сообщили, что он не может пересечь киргизскую границу, и депортировали журналиста из страны. Тогда журналист французского информационного агентства Agence France-Presse Крис Риклтон обратился в МИД Казахстана за годовой рабочей визой. Казахский портал «Информбюро» опубликовал интервью с британским журналистом, после выхода которого стало известно, что МИД РК дал годовую визу Риклтону.

Крис, расскажите, почему вас депортировали?

Мне 9 декабря запретили въезд в Кыргызстан. Я провёл 24 часа в аэропорту «Манас», потом вынужден был вернуться в Дубай, откуда прилетел накануне. Там я побыл 2 дня, выяснил, что на казахстанской границе у меня проблем не будет, и поехал в Казахстан. Почему депортировали? Неизвестно. После того как меня депортировали, ГКНБ КР и МИД Кыргызстана прокомментировали ситуацию. ГКНБ КР сказал, что это из-за нарушения визового режима, но я считаю, что не нарушал визовый режим, и их претензии ко мне не обоснованы. Мы с юристом написали запрос в ГКНБ, пришёл ответ, но пока не буду говорить, что там, сейчас мы будем обжаловать его юридически.

У вас была действующая виза? На каких основаниях вы находились в Кыргызстане?

В Кыргызстане безвизовый режим для граждан Великобритании – 60 дней. То есть я мог находиться без визы 60 дней. Я этого режима не нарушал. Кстати, МИД Кыргызстана не подтвердил информацию ГКНБ, там сказали, что выясняют ситуацию, а моя заявка на аккредитацию находится на стадии рассмотрения. Хотя последние документы для заявки мы донесли где-то 15 октября, как раз во время предвыборной кампании.

Получается, в Кыргызстане у вас не было аккредитации, как вы работали там журналистом?

Я ждал решения комиссии МИД, так и раньше было. Мне отказывали в аккредитации. Но у меня есть право работать в Казахстане, Таджикистане, Туркменистане. То есть в последнее время я в Кыргызстане не работал, я ездил в командировки по странам Центральной Азии, а жил в Бишкеке с семьёй. У меня жена и дочь — граждане Кыргызстана.

Ранее проблемы с ГКНБ КР у вас были?

Проблема между мной и ГКНБ КР начались в 2015 году. Им не понравилась одна статья, которую я написал, она касалась ГКНБ напрямую. Статья была о положении этнических узбеков на юге, был очень громкий скандал. Западного журналиста Умара Фарука тогда депортировали из страны. Моя статья была немного про него, немного про известное кыргызское НПО «Бир Дуйно», которое в это время пострадало. Материал ГКНБ очень не понравился, они провели со мной беседу.

Просили удалить материал?

Нет, не требовали удалить. Они были достаточно вежливые, беседа была формальной. Они ознакомили меня с законом о разжигании межнациональной розни, но после этого никакого уголовного преследования не было. Я им объяснил, что на эти темы редко пишу, я не хотел ничего провоцировать, и статья была объективной. Но, что интересно, я ведь не один об этом писал, местные СМИ тоже об этом пишут. Очень сложно для зарубежного журналиста копать информацию, опережая местных корреспондентов. Я ничего нового не нашёл. Освещаю те же темы.

С ГКНБ это был единичный случай?

Вторая беседа была по этому же материалу буквально через несколько месяцев, в том же 2015 году. Кроме ГКНБ ни с какими официальными органами у меня не было проблем в КР. Я пишу не только на политические темы, иногда и про футбол, и про собак, и про бизнес.

То есть кроме ситуации с одним материалом на вас не выходили с претензией, что вы не так пишите, как хотелось бы властям?

Нет. Я часто писал о политике совсем не положительные материалы. Политические драки в Кыргызстане некрасивые, и я об этом писал. Но я считаю, что всё было объективно. Конкретных претензий мне не высказывали. Я думаю, что пока мы обжалуем письмо ГКНБ, рано говорить, что дело политизировано. Но факт: меня депортировали после выборов, а не до выборов. Видимо, чтобы не поднимать ненужный шум. Самый необычный факт в том, что их претензии ко мне 2015 года, а депортируют меня в 2017 году.

В Кыргызстане вы живёте уже 9 лет. Почему выбрали этот регион?

Я просто хотел увидеть Центральную Азию. Я оканчивал факультет международных отношений в Шотландии, у меня был журналистский опыт. Мне повезло, я получил работу в американском университете Центральной Азии в Бишкеке. Параллельно писал аналитические статьи. Про политику в Кыргызстане писал с 2011 года. Здесь же, в Кыргызстане, встретил жену – мы познакомились в 2009 году на семинаре. Она работает в экологическом НПО. Почти 5 лет я работал в университете, у меня была рабочая виза. На Agence France-Presse (AFP) я работать начал в 2015 году. Получить разрешение на работу в университете было достаточно легко, но как только я уволился, получить рабочую визу – долгосрочную аккредитацию – я не смог. У меня не было визовой поддержки.

То есть с 2015 года вы работали без аккредитации?

Я не работал в Кыргызстане, я работал в Казахстане. Офис AFP в Алматы находится. У меня были командировки по странам региона. В Кыргызстане я жил со своей семьёй. Мне было бы, конечно, удобнее жить в Казахстане. Но из-за семьи я жил в Бишкеке, там у жены все родственники.

И предвыборную кампанию не освещали?

Иногда в Твиттере свои мысли писал, я бы не сказал, что я там публично оскорбил Атамбаева.

Но вот тот материл, который не понравился ГКНБ КР, он был написан, когда у вас не было аккредитации?

Он был написан, когда у меня была рабочая виза от университета. Я имел право работать тогда. И ещё момент: это был период, когда я ждал решения МИДа о моей аккредитации. После беседы с ГКНБ из МВД ко мне обратились с претензией, что я работаю без аккредитации. Я объяснил, что жду решения МИДа. Тогда у меня попросили справку, что я действительно подал документы. Написали протокол о штрафе и сказали: после того, как я предоставлю необходимые документы, штраф отменят. Очень тяжело было получить справку от МИДа, но в итоге я это сделал, и мне сказали, что я не должен оплачивать штраф, административного нарушения не было.

Расскажите о жизни в Кыргызстане. Что вам так понравилось, что решили там остаться жить?

Мне нравится там жить, люди очень открытые, дружелюбные. Горы, природа нравится. Если бы Кыргызстан мне не понравился, я бы столько времени там не жил, даже учитывая семейное положение, мы бы переехали в другое место. Единственная проблема была в плане работы, я очень многого не мог сделать для AFP из-за отсутствия аккредитации. Это значит, что вся ответственность ложилась на плечи нашего местного репортёра. Но жить там мне очень нравится.

Как ваша семья в Великобритании отнеслась к вашему выбору местожительства?

К региону родители нормально относятся. Они приезжали ко мне. Понимают, что это не тот регион, который иногда фигурирует в газете The Daily Mail, он другой, люди здесь нормальные, иностранцу здесь жить не тяжело, препятствий нет. Родные были в Кыргызстане, брат приезжал в Алматы, очень понравилось.

Что думаете о коррупции в регионе? Сталкивались?

Я практически не сталкивался с коррупцией, она есть и достаточно систематическая во всех странах региона Центральной Азии, но лично на меня не повлияла. Это больше как тема для работы. Я, слава богу, с этим редко сталкиваюсь. Проблемы свободы слова есть в каждой стране Центральной Азии, и на пространстве СНГ это большая проблема.

Кроме Кыргызстана где ещё препятствовали работе?

В Таджикистане у нас часто возникают проблемы с разрешением для съёмок. В Туркменистане тоже разрешительные моменты есть. Казахстан для меня – самая удобная страна. Я не говорю про ситуацию для местных журналистов, но для меня был доступ к чиновникам, потому что, я думаю, они понимают, что такое AFP, мы объективно освещаем события, и лучше, чтобы их точка зрения была в статьях, чем её бы не было. С акимами разговаривали, с председателем Нацбанка, с представителями «Самрук-Казына», всегда было достаточно легко получить интервью и работать. Но что мне нравится в регионе – люди очень открыты в Казахстане и Кыргызстане. Это прямота мне нравится. У нас в Великобритании – привычка ходить вокруг да около, чтобы быть вежливым и чтобы люди не поняли настоящих наших эмоций, а тут такого нет, люди говорят, что думают. Это гораздо проще.

Что сейчас собираетесь делать? Как будете воссоединяться с семьёй, если в Кыргызстан вас не пустят?

Мы будем вынуждены переехать либо в Алматы, либо в Астану. Посмотрим, как получится. Но это не очень хорошо для нас в семейном плане, жене придётся другую работу искать. Нам было бы удобнее жить, конечно, в Бишкеке.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться