Партия Нур Отан может создать параллельную вертикаль власти в Казахстане – эксперт

Автор -

29 июля стало известно, что казахстанскую партию «Нур Отан» ожидает «перезагрузка». Первый президент страны Нурсултан Назарбаев поручил сделать партию «ближе к народу» и усилить контроль за представителями власти на местах и противодействие коррупции. Но большая часть этих представителей и сами состоят в «Нур Отане» – станут ли они сами себя «вызывать на ковер»? Об этой дилемме, а также о том, какие преобразования смогут действительно сделать партию первого президента эффективным инструментом власти в интервью порталу «Евразия.Эксперт» поделился мнением политолог, биограф и историк Данияр Ашимбаев.

– Первый президент Казахстана Нурсултан Назарбаев на днях поручил своему заместителю наладить контроль партии «Нур Отан» над исполнительной властью. Но ведь ее контролирует недавно избранный президент. Чего добивается Назарбаев?

– У «Нур Отана» есть два возможных амплуа – партия власти и правящая партия. Партия власти – это персональное воплощение руки, нажимающей на кнопку для голосования. Задача партии в этом случае – привлекать внимание, мобилизовать соответствующий электорат всеми возможными способами и не лезть дальше отведенных ей функций.

Второе амплуа – это правящая партия. 2-3-4-партийная система у нас не сложилась, сменяемость партий тоже. У нас есть однопартийная система плюс несколько партий, которым заранее отведена роль абсолютного меньшинства.

В мажилисе сейчас есть КНПК и «Ак жол». Но у них настолько мало голосов, что повлиять на ситуацию они не могут. Тем более, в администрации президента есть традиция – если есть какие-то предложения, все голосуют единогласно. Независимо от того, оппозиция ты или не оппозиция.

Поэтому мы будем говорить не о вариациях, а о фактически однопартийной системе. Есть ролевые модели для правящей партии. Например, КПСС. Это партия, которая имела свою идеологию и являлась самостоятельным центром принятия решений. Она же контролировала и правительство, и региональные органы власти, и силовые структуры, и экономику.

Но эта модель в казахстанские реалии уже не вписывается. Потому что ни администрация, ни правительство, ни акиматы в принципе не заинтересованы в том, чтобы над ними была некая партия, принимающая решения за них.

В условиях системы Назарбаева, когда он был первым и единственным президентом, такая модель партии еще могла быть, так как он управлял всеми остальными институтами. Но все равно. партия здесь имела подчиненное значение. Сначала президент, а потом партия, а затем все остальные вертикали власти.

Вариант КПСС у нас не проходит, тем более у нас такой идеологии в принципе нет. И капитализм мы строим в не самой лучшей его форме. Времена тех же 60‑70‑х годов, когда была социально ориентированная капиталистическая система в той же Западной Европе, уже давно прошли.

Сейчас капитализм либеральный. И понятно, что строим мы именно такой капитализм. Идеология партии, олицетворяющей интересы правящего класса, для массы населения, мягко говоря, не очень интересна. Никто не хочет войны, и на этом все сходится. А в экономическом плане понятно, что после приватизации и монополизации экономики в госхолдингах и в узком корпоративном секторе интересы населения и власти расходятся все дальше и дальше.

– Какая связь между квазигосударственным сектором экономики и партийной жизнью?

– Квазигоссектор – огромный, неэффективный и малоконтрольный. Есть малый и средний бизнес, который все поддерживают, но который год от года все слабее, потому что на него растет налоговая нагрузка. Мы прекрасно видим, куда идут те же сборы в Единый накопительный пенсионный фонд. На финансирование всевозможных государственных проектов.

Может ли «Нур Отан» предложить идеологию, приемлемую для всего населения? Она должна быть либо едина для всех, либо структурирована по классам. А это уже не идеология.

В контролирующей сфере может быть второе применение «Нур Отана» как партии власти. То есть отдельная вертикаль, которая, имея абсолютное большинство в мажилисе, сенате и маслихатах, подстегивала бы работу исполнительной власти. Обобщала бы жалобы населения, изучала бы проблематику, ставила бы острые вопросы, критиковала акиматы, ругала министров, была бы кнутом в руках президента.

– Но она может быть кнутом в руках президента только до тех пор, пока все люди, принимающие решения, состоят в ней.

– В «Нур Отане» сменилось много руководителей, двое из которых (не буду называть фамилий) пытались сделать из партии такой кнут. Оба сделали для партии немало, и она стала фактором улучшения социальной обстановки, критики исполнительной власти, но потом власти это надоело. И партия снова превратилась из почти правящей партии в партию власти. Надолго не хватает.

Когда все филиалы партии в регионах возглавляют акимы, когда практически все правительство входит в партию, то особого смысла в ней нет. Разве филиал партии будет вызывать сам себя на ковер и спрашивать, почему не построена школа или плохо подготовились к паводку? Акимам это не нужно. Министрам тоже.

А сейчас возникает пикантная ситуация – партию возглавляет первый президент, а у власти находится второй. Задачей второго просто по определению является демонтаж наиболее одиозных конструкций, построенных в бытность его предшественника, потому что власть в борьбе за стабильность и согласие взяла на себя слишком много функций, с которыми не справляется. Все понимают, что какие-то завоевания данного режима нужно обратно отдать обществу, бизнесу и так далее. И первый президент, как гарант своего собственного курса, мягко говоря, в этом не очень заинтересован.

Сейчас говорить о каком-то политическом плюрализме в стране очень тяжело. Свыше 80% на выборах набирает «Нур Отан». Хотя, опять-таки, с 1991 г. до 2007 г. в стране партии власти толком и не было. Сначала компартия стала соцпартией, которая некоторое время пыталась играть роль номенклатурно-общественного объединения. Потом возникали другие партии, у которых не было большинства.

Только в 2007 г., когда возник «Нур Отан», в который забили все, что было в парламенте («Асар», Гражданскую и Аграрную партии), и партия стала единственной в парламенте, возникла концепция, что должна быть правящая партия, имеющая квалифицированное большинство.

Что получили в итоге? 10-15 лет назад на поле были партии и движения с широкой палитрой мнений. Большинство самостоятельных фигур примыкали к политическому меньшинству. Тем не менее, было ощущение политической дискуссии. Сейчас нет уже оппозиционных партий как таковых. ОСДП как партия фактически развалилась.

– Лет 15 назад у людей, которые не состояли в правящей партии, был шанс попасть на высокие должности политического олимпа. Сейчас это невозможно?

– Алтыншаш Джаганова, лидер партии «Возрождение», в свое время возглавляла Агентство по демографии. Бакытжан Жумагулов, председатель Республиканской политической партии труда, был первым замминистра образования. Да, была палитра мнений. Население знало, что есть люди, которые отстаивают взгляды, аналогичные их взглядам.

Почему возник феномен Мухтара Аблязова? Большинство понимает, что он из себя представляет. Он не вчера родился, его бэкграунд хорошо известен. Проблема в том, что все голоса между Акордой и Аблязовым были выкошены. В итоге в стране не осталось людей, способных собрать на митинг даже 500-600 человек. На прошедшие недавно по стране митинги все приходили на площадку, обозначенную единственным оставшимся в их информационном поле псевдооппозиционером. Общественной дискуссии в стране не осталось.

– Так как следует перезагружать и модернизировать «Нур Отан»?

– Давайте подумаем. Как партию власти? От партии уезжает адмресурс. Президентом сейчас является Токаев, и на него все больше ориентируется аппарат. При этом Назарбаев оставил за собой Совет безопасности, Ассамблею народа и «Нур Отан». Все понимают, что это самостоятельная вертикаль, пока Елбасы в форме.

И всем понятно, что ориентир будет на того, у кого власть. А власть – это административный, финансовый и информационный ресурсы. А они-то все больше оказываются в руках Токаева. Не передав ему контроль над партией, Назарбаев создал определенную дилемму. В условиях, когда партия формируется первым президентом, у второго нет особого желания ею заниматься. И даже возникает ситуация – нужна ли вообще партия власти в таком состоянии? Потому что ресурс партии во многом административный.

Партия как бы есть, но я бы не сказал, что у нее есть практическое применение. Партия нужна на выборах, а на выборах сейчас народ за «Нур Отан» голосовать не будет. И по данным социологов, рейтинг партии стремительно падает. Есть установка, что партия власти не может получить меньше, чем получила на простых выборах. В итоге возникает ситуация «как сделать конфетку, если исходный материал этого не предусматривает».

– Поэтому сделана ставка на перезагрузку? Это подготовка к выборам?

– Выборы не за горами, но проблема в том, что «Нур Отан» в текущем виде стал анахронизмом. Огромное количество голосов, отданное за партию, лишает возможности создания и развития многопартийной системы. А пока нет дискуссии в парламенте, эта дискуссия будет твориться на митингах. Единственный способ восстановить баланс системы – пойти на серьезную либерализацию партийного и электорального законодательства.

Власти не нужно опираться на квалифицированное большинство. Власти достаточно опираться на устойчивую группу своих сторонников в парламенте, и не все эти сторонники – в «Нур Отане».

Формирование избирательного списка и определение депутатов от него – личная прерогатива бывшего главы государства. Поэтому есть мнение [что сто́ит] преобразовать «Нур Отан» в движение, а партию власти создать заново с нуля. Может быть, это будет не одна, а две или три партии. Достаточно снизить порог требований для их создания.

Если власть действительно хочет наладить диалог с обществом, нужно квалифицированным большинством пожертвовать. Многие во власти это понимают, но есть определенные установки. Идейный конфликт сейчас где-то присутствует, просто пока себя не проявляет.

Сделать из «Нур Отана» ресурс, за который население будет держаться с удовольствием, очень сложно, но если им пожертвовать, у власти появится пространство для маневра. А это будет способствовать открытости и повышению ответственности политической системы. Не исключен возврат к конституционному большинству с годами, но сейчас, чтобы вытравить пар, власть должна поделиться властью. А к этому определенные силы в стране не готовы.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться