В Сомали была безумная биржа. Там зарабатывали на пиратстве, им завидовали на Уолл-Стрит

Оказывается, и в кризис можно создать фондовый рынок, который не будет зависеть от штормов на мировом финансовом рынке. Ноу-хау по извлечению сверхприбыли принадлежит пиратам XXI века с сомалийской пропиской.

Торговля на фондовом рынке может быть абсолютно сумасшедшей — особенно если речь идет об одном из самых опасных мест мира. РБК рассказал короткую, но яркую историю биржи в Харадхире, где инвестировали в пиратские атаки.

Сомали трудно назвать государством — это территория, разодранная на части многолетней войной. Возможно, единственное место в мире, где анархия существует в реальности. В Сомали практически в каждом доме есть огнестрельное оружие, федеральное правительство не контролирует значительную часть страны, а гуманитарные катастрофы — привычная часть жизни.

Легальных способов заработать на жизнь в Сомали минимум. Когда-то главным источником дохода местных жителей была ловля рыбы — однако начало гражданской войны разрушило привычный уклад жизни сомалийцев.

Она вспыхнула после падения диктаторского режима Сиада Барре в 1991 году, после чего ВМС и пограничная служба в Сомали существовали лишь номинально — и из других стран бросились браконьерствовать. Отчаявшись, сомалийцы начали похищать иностранные лодки и освобождать их за выкуп. Вскоре они осознали, что это выгоднее рыбной ловли.

А затем все сошлось воедино: в результате совершенно бесконтрольного лова к началу 2000-х запасы рыбы в прибрежной зоне Сомали истощились. Сыграл свою роль и сброс токсичных отходов проходящими судами. После этого главным способом заработка для сомалийцев стало пиратство.

У Сомали самая большая протяженность побережья среди стран Африки — более 3 тыс. км. При этом вдоль него проходит один из самых оживленных морских путей. И если до 2004–2005 годов бандиты атаковали разве что местных рыбаков и мелкие суда, то затем нападения становились все более дерзкими, пока не превратились в глобальную угрозу. Риски быть убитым или утонуть мало кого останавливали — слишком большой можно было получить за захваченных моряков, корабли и грузы.

Бандиты задумали расширить «дело». И открыли настоящую пиратскую биржу

Одной из главных баз сомалийского пиратства стал Харадхире — некогда маленький рыбацкий поселок, разросшийся до города и превратившийся в пиратскую цитадель с пробками из роскошных пиратских внедорожников. Туда стекалось большинство захваченных трофеев. Найти какую-то иную работу там было практически невозможно — пиратство стало единственным источником существования для местных жителей.

Именно в Харадхире во время сезона дождей 2009 года наиболее продвинутые в финансовом плане пираты нашли оригинальный способ привлечь финансирование: открыли пиратскую биржу. На ней размещались ценные бумаги судоходных компаний, занимавшихся морским разбоем.

Схема была проста: инвесторы приобретали паи на участие в или иной атаке, расплачиваясь деньгами, оружием, оборудованием, катом или еще чем-либо полезным. Стоимость паев учитывала возможные риски и вероятный доход от операции. А пираты использовали полученные средства для грабежа, взамен отдавая долю от добычи «инвесторам». Преступники также отчисляли процент от каждого успешного рейда городу — полученные деньги шли на развитие инфраструктуры, в том числе школ и больниц.

Площадка работала круглосуточно. Приобрести «пиратские акции» мог любой, причем «инвесторов» было непросто отличить от пиратов: каждый участник биржи мог как помогать деньгами или оружием, так и сам выходить в море на промысел.

По сути, биржа также выполняла функции координирующего центра, что повышало эффективность работы пиратов и увеличивало их доход. Кроме того, биржа была местом сбора и источником новостей: например, туда приходили женщины в надежде узнать хоть что-то о судьбе пропавших мужей, отцов и сыновей, занимавшихся рискованным делом.

Инвестиции были сверхприбыльными. Доходность исчислялась тысячами процентов годовых

Популярность биржи росла на глазах: если спустя два месяца после открытия на ней торговались бумаги всего 15 пиратских компаний, то спустя полгода эмитентов стало 72. Прибыль приносили только те компании, которым удавалось захватить корабли — это был единственный имеющий значение фактор.

В пиратские акции вкладывались в основном местные жители, но позднее подключились инвесторы из других регионов Сомали и даже стран Запада. Причина — в растущей рентабельности «инвестиций»: суммы выкупа постоянно росли и исчислялись в миллионах долларов. С такой прибылью бумаги были обречены на рост.

Например, в конце ноября преступники захватили греческий нефтяной танкер Maran Centaurus — он перевозил нефть на $150 млн и сам по себе стоил $50 млн. В январе 2010-го его владельцы сбросили захватчикам груз с $7 млн выкупа, после чего судно освободили. На тот момент это стало рекордным выкупом в истории сомалийского пиратства.

Широко известной стала история местной жительницы Сары Ибрагим. После развода с мужем она получила в качестве алиментов гранатомет РПГ-7 и несколько к нему. По сути, это все имущество, что было у Сары — и она вложила его в акции одной из «успешных» компаний. Та захватила испанское рыболовное судно Alakrana и получила в $4 млн, из которых Ибрагим досталось $75 тыс.

Деньги она получила спустя 38 дней после «вклада». Стоимость своего арсенала Ибрагим оценила в $4,5 тыс. — и если бы инвестиции в разбой подчинялись традиционным законам рынка, то за год тут можно было заработать около 16000% годовых прибыли. Особенно эта сумма впечатляет на фоне ВВП на душу населения в Сомали 2009-го — он составлял всего $600.

Пиратство в Сомали уничтожили частные военные компании

Расцветом пиратства стал 2010 год: тогда удалось угнать 47 судов и заработать на выкупах $238 млн. В среднем за год пираты добывали около $150 млн, притом что ущерб от их действий специалисты консалтинговой компании Geopolicity Inc оценивали в $15 млрд — сюда входили не только прямой ущерб от атак, но и удорожание страховок, прокладка удаленных от Сомали маршрутов, дополнительные расходы на топливо, наем вооруженной охраны.

Еще в 2008-м ЕС и страны НАТО начали проводить операции против пиратов, затем к ним присоединились ВМС России, Китая, Индии, Японии. Появление в Аденском заливе иностранных военных кораблей усложнило, но не разрушило деятельность бандитов — просто им пришлось охотиться подальше от побережья.

Проблему пиратства решили радикально, в духе киберпанковых боевиков. Правящая эмирата Абу-Даби Аль Нахайян, несшая убытки от пиратства, твердо решила покончить с сомалийскими пиратами и в 2010 году наняла в советники Эрика Принса — основателя известной частной военной компании Blackwater, сейчас носящей имя Academi.

Шейхи выделили ему $50 млн, на которые он сформировал элитный отряд наемников: 1 тыс. личного состава с командирами из ЮАР, специализировавшимися на борьбе с партизанами. В их распоряжении были катера, вертолеты и легкие самолеты. Наемники провели несколько довольно жестких рейдов: официальных данных по количеству убитых нет, но они очевидно нанесли пиратам сильнейший урон.

Но нельзя сказать, что хребет пиратству сломали только головорезы Принса. В Сомали также действовали и продолжают действовать несколько других ЧВК, а также вооруженные силы нескольких стран. Благодаря их совместным усилиям в 2012 году сомалийское пиратство практически умерло, а вместе с ним исчезла и странная биржа в Харадхире.

Сейчас район Аденского залива максимально милитаризован — в Сомали и соседней Джибути расположены военные базы нескольких стран. Солдаты стали новым источником заработка местных жителей, лишившихся возможности заниматься морским разбоем. Так что вторая пиратская биржа в Сомали вряд ли скоро появится.

Подписывайтесь на KNEWS.KG в Google News и на наш канал в Яндекс.Дзен, следите за главными новостями Кыргызстана, Центральной Азии в telegram-канале KNEWS.KG.

 

 



Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться