«Хорошо выстроенный арийский колхоз». Российский эксперт заявил, что президент Таджикистана превратил страну в свою собственность

Автор -
1723

    До тех пор, пока не произошли глобальные трансформации в Казахстане, никто не обращал внимание на то, что сам по себе капитализм основан на одной простой вещи: люди не равны, а тот, является родней власти, по определению успешнее остальных, рассказал руководитель отдела Средней Азии Института стран СНГ Андрей Грозин в интервью изданию Украина.ру

    «Сейчас наши «борцы с коррупцией» внезапно сильно обращать внимание на то, что происходит в Казахстане, но они не обращают внимание на родню президента Азербайджана (там все то же самое, только денег меньше) или на родню президента Таджикистана, там вообще хорошо выстроенный арийский колхоз, который все страну превратил свою собственность. Никого это не волнует», заявил эксперт.

    «До тех пор, пока не произошли глобальные трансформации, которые вызвали бы ввод сил ОДКБ, никто не обращает внимание на то, что сам по себе капитализм основан на одной простой вещи: люди не равны, а тот, является родней власти, по определению успешнее чем вы, я и целый свет.

    Можно ругать Назарбаева за то, что он отдал значительную часть своей страны на откуп своим родным и близким. Но в том, что он сделал это, нет ничего особенного. А Ислам Каримов, а Сапармурад Ниязов, а многочисленные президенты Киргизии поступали иначе? Просто когда тот или иной бай добирается вместе со своей семьей до кормушки, то происходит, как в старой присказке: «Николай Александрович II не мыслил свою жизнь без России, но Россию без себя тоже не мыслил», отметил Грозин.

    — Насколько теперь Токаев застрахован от разного рода переворотов, цветных революций и всего остального?

    — Токаев действительно стал единственным центром власти в стране. Весь этот бардак во многом был производной от того, что было непонятно, кто главный — Библиотека или Аккорда, Назарбаев или Токаев. И такая непонятная ситуация существовала годами. Ясное дело, что после того, как окончательно стало понятно, что есть один главный начальник, порядку в стране будет больше с точки зрения подчиненности силовиков, нормальности прохождения решений в экономическом блоке и бюрократической дисциплины.

    Проблема в том, что Токаева до сих пор воспринимают как человека, который хочет дружить со всеми и боится со всеми испортить отношения. Токаев — дипломат, который не склонен к конфликтам и всегда ищет некий консенсус. А в азиатских обществах человек, который ищет консенсус, многими воспринимается как слабая фигура, которую надо отодвинуть, подрихтовать или убрать.

    Когда в Казахстан пришли наши части, он выиграл. Он получил гигантский задел на будущие возможности самостоятельного правления. Но сможет ли он править самостоятельно? Не знаю. В такой ситуации, которая сейчас складывается в Казахстане, человек, ищущий компромисс, изначально ставит себя в слабую позицию. Там нужен человек, который введет танки и всех раздавит. Там нужен Тяньаньмэнь, а не пояс любви и дружбы.

    — Готова ли Россия снова вводить ОДКБ в случае разного рода эксцессов? Это ведь очень опасно, а проблемы не решаются.

    — Вы правы, но у нас нет другого выхода. Казахстан — это такое место, которое мы не можем оставить без своего внимания, даже если бы мы по какой-то своей причуде вдруг этого захотели. Казахстан — это главный геополитический мост между нами и всем остальным Югом. Черная дыра и дикое поле в виде Казахстана — это самое худшее, что может произойти вокруг России.

    Украина со всей ее дурью — это неприятно, но с этим можно жить. А Казахстан, который управляется врагами России или вообще никем не управляется (второе наиболее вероятно из плохих сценариев), — это то, о чем нельзя даже подумать. Нам тогда придется туда вводить не миротворцев, а полноценный воинский контингент, чтобы взять под контроль логистические узлы просто для того, чтобы у нас был выход на юг. Иначе у нас будет, извините за вульгаризм, полная задница.

    С безумной украинской властью мы как-нибудь разберемся, не в этом году, так в следующем. Но это маленький кусочек географии. А Казахстан — это девятая в мире страна по размеру территории, у нас с ними 7,5 тысяч км неохраняемой пограничной территории. Какие могут быть АЭС в Казахстане, когда у нас там дикое поле? Какие могут быть военные базы в Кулябе, если между нами и Таджикистаном пустое безобразие? Никакие.

    Мы не можем от Казахстана отгородиться, даже если бы нам этого захотелось. Украина, Белоруссия, Молдавия — значимые страны для РФ с точки зрения идеологии, экономики и военного потенциала, но Казахстан — это концентрированная Украина.

    Если у нас на месте Казахстана появляется цепь враждебных государств, нам придется создавать фильтрационные лагеря для людей, которые оттуда побегут. Там 3,5 млн русских. Вы можете представить такие лагеря в Челябинске или в Оренбурге? Я не могу. Я много видел американских фильмов, но это физически невозможно. Побегут люди из Алма-Аты и крупнейших региональных, прервутся цепочки. Тот уран, который шел из Казахстана на российские перерабатывающие предприятия, перестанет поступать. У наших машиностроителей и переработчиков все заказы идут во всю Среднюю Азию, у них сразу прервутся поставки, продукция окажется никому не нужной, а люди вместо денег получат большую фигу. Куда нам девать рабочих из Челябинска, Омска или Орска?

    К сожалению, значительная часть людей, которая говорит, как мы должны любить Центральную Азию, забывают о материальной стороне вопроса. А она именно в этом. Казахи платят живые деньги за металлообработку и нефтехимическое оборудование. По свежей и интересной оценке, что 36% российского рынка перерабатывающей промышленности уходит в ЦА. Десятки тысяч людей останутся без работы.

    Я уже не говорю о нашем оборонном комплексе. Посмотрите любой ролик на ютубе. По Алма-Ате катаются наши «Тигры», «Рыси» и «КАМАЗы» бронированные. Это продукция нашего военно-технического автопрома. То же самое ракетное оборудование самых разных спецификаций. Авиация, вертолеты — от России они никуда не ушли.

    Поделиться