Российские и украинские производители дронов покупают комплектующие у одних и тех же китайских компаний

Российские и украинские производители дронов покупают комплектующие у одних и тех же китайских компаний, пишет The Financial Times.

Тот же процесс работает и в обратном направлении, добавляет он. «Мы просим их произвести что-то конкретное для нас, и через неделю они отправляют образцы в Россию, а затем начинают производить то же самое для них».

Дроны стали самым решающим и быстро развивающимся оружием в изнурительной войне между двумя странами, на их долю приходится три четверти последних потерь. И Россия, и Украина приступили к наращиванию собственных производственных мощностей, в основном используя китайские компоненты.

В результате их вооруженные силы теперь зависят от одних и тех же китайских поставщиков.

В результате их вооружённые силы оказались зависимы от одних и тех же китайских поставщиков, чьи процессоры, камеры и моторы определяют, насколько далеко может лететь дрон и насколько чётко он «видит», а стоимость этих компонентов составляет примерно треть от западных аналогов.

За тысячи километров от линии фронта российские и украинские цепочки поставок сходятся в унылых промышленных парках и безликих офисных высотках Гуандуна и Шэньчжэня. Здесь компании, производящие крошечные компоненты, поддерживающие «жизнь» войны дронов, пытаются выстроить сложный балет, чтобы представители противоборствующих сторон никогда не встретились на одной производственной площадке.

Технологические новинки часто доходят до обеих сторон почти одновременно. «Мы можем увидеть новый видеопередатчик на российских дронах и сразу понять, какая компания в Китае его произвела», — говорит Алексей Бабенко из Vyriy Drone, ещё одного крупного поставщика для украинской армии. — «Мы пишем им. Конечно, сначала они отвечают: “Нет, это не наше”. Но мы спрашиваем снова — и они говорят: “Ладно, мы можем продать это и вам”».

По его словам, этот процесс работает и в обратную сторону: «Мы просим их разработать что-то специально для нас, а через неделю они отправляют образцы в Россию и начинают производить то же самое для них».

Для Яковенко в этом есть горькая ирония. На передовой инженерам TAF Industries часто приходится импровизировать из-за нехватки деталей, тогда как противник по ту сторону окопов выглядит подозрительно хорошо обеспеченным китайскими технологиями.

Официально Китай занимает нейтральную позицию в конфликте и запретил экспорт чувствительных технологий дронов как в Россию, так и на Украину. Однако западные разведывательные источники и украинские политики утверждают, что китайские власти «наклоняют чашу весов», позволяя более обеспеченным российским компаниям приобретать целые производственные линии для переноса в Россию — несмотря на западные санкции и китайские экспортные ограничения.

Украина работает над локализацией производства дронов, однако, по словам Яковенко, она по-прежнему зависит от Китая примерно на 85% по комплектующим для простых FPV-дронов, управляемых операторами дистанционно с помощью бортовых камер и часто используемых для атак-камикадзе.

По данным аналитической компании Drone Industry Insights, Китай уже производит 70–80% всех коммерческих дронов в мире и доминирует в выпуске критически важных элементов — регуляторов скорости, сенсоров, камер и пропеллеров.

«Это наглядно показывает, насколько огромный контроль Китай фактически имеет над исходом этой войны», — говорит Катарина Бучацкий из киевского военного аналитического центра Snake Island Institute.

«Они могли бы просто решить — поставлять или не поставлять Украине. Сейчас дрон — это ключевое оружие на поле боя. Это подчёркивает, насколько Китай превратился в по-настоящему влиятельного игрока».

Министерство иностранных дел Китая заявило, что страна «всегда придерживалась объективной и справедливой позиции по украинскому кризису» и «никогда не поставляла летальное оружие ни одной из сторон конфликта», а также «строго контролирует экспорт товаров двойного назначения, включая дроны».

Пока Москва и Вашингтон торгуются вокруг труднодостижимого прекращения огня, исход боевых действий всё чаще определяется не на линии фронта, а в выставочных залах Гуандуна и Чжэцзяна, в чатах WeChat и в дружеских связях, завязанных за рюмкой байцзю в барах отелей.

«Это безумие, — говорит Бучацкий. — У нас идёт горячая война прямо у границы, а на другом континенте обе стороны сидят в одном групповом чате, где какая-нибудь китайская фабрика пишет: “Русские платят больше. Извините, приходите в следующем году”».

На одной из крупнейших в мире выставок дронов, прошедшей в прошлом году в Шэньчжэне, китайские компании свободно общались с покупателями из Восточной Европы. Стенды с предложениями — от готовых дронов до моторов, камер, программного обеспечения и даже роботизированной «собаки» с оружием — заполнили огромный выставочный комплекс Shenzhen Convention and Exhibition Center.

Среди более чем 800 экспонентов промышленной и гражданской техники несколько компаний демонстрировали летательные аппараты с макетами пушек или ракет. Несмотря на формально коммерческий характер выставки, многие продавцы и покупатели признавали, что их основными клиентами были национальные и иностранные военные структуры.

Российский инженер, попросивший не называть его имя, рассказал, что искал комплектующие — контроллеры полёта, радиоканалы, тепловизионные камеры, а также интеллектуальные программные системы управления.

Он входил в состав крупной закупочной команды в одинаковых чёрных поло и добавил, что доставка таких устройств из Китая «непростая», но «у нас есть свои каналы», отказавшись уточнять детали. «Весь мир нас ненавидит», — сказал он, имея в виду многочисленные ограничения на поставки дронов в Россию.

На стенде одного из производителей инфракрасных камер директор заявил, что компания не продаёт свою продукцию напрямую на зарубежные рынки. На вопрос о постоянном потоке русскоязычных посетителей он пояснил, что внешние продажи осуществляются через торговые компании. «Это довольно чувствительный вопрос», — добавил он, отказавшись раскрывать подробности.

На другой выставке дронов в Шэньчжэне, прошедшей в конце сентября на промышленной окраине города, сотрудник китайского поставщика комплектующих рассказал, что часть дронов попадала в Россию грузовиками через Казахстан, добавив, что таможенные проверки там проводятся нечасто.

Пекин ограничивает экспорт так называемых товаров двойного назначения — включая широкий спектр дронов и их компонентов — и неоднократно ужесточал эти правила с начала войны на Украине. В сентябре 2024 года Китай ввёл экспортный контроль на ряд изделий, необходимых для производства боевых дронов, включая контроллеры полёта, карбоновые рамы, моторы, радиомодули и навигационные камеры.

Тем не менее Чжао Янь, представитель государственной компании Shanxi Xitou UAV Intelligent Manufacturing, признаёт, что из-за универсальности дронов и обилия посредников зачастую трудно точно установить конечного пользователя и цель применения продукции.

«Всё, что мы можем сделать, — это… вы сообщаете, что хотите установить на дрон, какую подъёмную силу он должен обеспечивать, и если он соответствует техническим требованиям, то этого достаточно», — говорит он. — «А если покупатель — обычный пользователь и потом модифицирует устройство дальше, это уже вне нашего контроля».

Другие экспортеры жалуются, что прежние обходные схемы — например, отправка дронов в разобранном виде для сборки на месте — стали менее эффективными. Некоторые крупные компании утверждают, что хорошо знакомы с таможенными процедурами и без проблем получают экспортные лицензии, однако более мелкие фирмы всё чаще вынуждены обращаться к дорогим сторонним логистическим операторам, использующим сложные маршруты.

В первый день одной из шэньчжэньских выставок к журналистам Financial Times трижды подходили разносчики визиток с предложениями доставки «чувствительных грузов», включая дроны. Представитель компании Shunfayi International Logistics позже подтвердил, что фирма имеет «более 20 лет опыта перевозок аккумуляторов и дронов в Россию» и что различные модели беспилотников с фиксированным крылом, показанные на фотографиях, всё ещё могут быть доставлены в страну.

Китайские комплектующие продолжают обнаруживаться в сбитых российских дронах. В прошлом году украинские вооружённые силы опубликовали фотографии двухтактного двигателя с неповреждённым серийным номером, найденного на перехваченном дроне Gerbera. Производителем была названа компания Mile Haoxiang Technology из провинции Юньнань, согласно данным Frontelligence Insight, хотя эксперты подчёркивают, что само по себе наличие китайских деталей не доказывает умысел поставок в Россию.

Они также указывают, что в российских дронах регулярно находят компоненты из многих стран. Анализ киевского Центра оборонных реформ показал, что в 2025 году китайские комплектующие лишь незначительно опередили американские, а швейцарские заняли третье место.

Компания Mile Haoxiang Technology не ответила на запрос о комментарии.

Эвелин Бучацкий, управляющий партнёр украинского венчурного фонда D3, инвестирующего в оборонные стартапы, отмечает, что обе стороны легко обходят экспортные ограничения, создавая, например, посреднические структуры в Германии или Польше.

«Существует множество лазеек. В итоге экспортный контроль лишь слегка увеличил трение в цепочке поставок, но никак её не прервал», — говорит она.

Бучацкий также отмечает, что Россия активно занимается «переносом» китайских производств: «Они скупают целые цепочки поставок и, поскольку всегда готовы платить больше, мы оказываемся далеко в конце очереди».

Алексей Бабенко из Vyriy Drone вспоминает звонок с китайского завода, где ему сообщили, что теперь он может приобрести любое количество моторов, которые ранее были недоступны. Причина, как объяснили, заключалась в том, что россияне решили купить целую производственную линию, а не отдельные комплектующие, и больше не нуждались в моторах, ранее зарезервированных для них.

Владимир Зеленский также заявлял, что китайские компании работают непосредственно в России. «На территории России есть производственные линии, где присутствуют китайские представители», — сказал он.

Зеленский и другие украинские чиновники неоднократно утверждали, что правительство Китая помогает России импортировать технологии дронов, избирательно применяя собственные экспортные ограничения.

«Мы раньше полагались на китайские дроны Mavic… Сейчас их продажа Украине заблокирована, но остаётся открытой для России», — заявил Зеленский в мае прошлого года. — «Теперь наши силы производят дроны самостоятельно».

Украина, по словам Бабенко, добилась «значительного прогресса» в локализации производства, но по-прежнему зависит от Китая в ключевых компонентах и уязвима к экспортным ограничениям, сложным маршрутам поставок и политическому давлению.

Яковенко добавляет, что даже если перенос китайских производственных линий был бы возможен, они мгновенно стали бы целями российских ударов.

Россия, опираясь на тесные личные отношения между Владимиром Путиным и Си Цзиньпином, углубила экономическую интеграцию с Китаем и задействовала государственные ресурсы для обеспечения гораздо более стабильного потока комплектующих, включая целые производственные цепочки.

«Китайское оборудование, материалы и компоненты позволяют России развернуть так называемое “локальное” производство двигателей, оставаясь при этом фактически привязанной к китайской технологической и сырьевой базе», — говорит Александр Данилюк из Центра оборонных реформ.

Производство дронов Geran и Garpiya, созданных на основе иранских разработок и применяемых для дальних ударов по украинским городам, резко выросло: количество запусков увеличилось с десятков в месяц в 2022 году до более чем 5 000 в месяц к ноябрю.

В октябре 2024 года Министерство финансов США ввело санкции против двух китайских компаний — Xiamen Limbach Aircraft Engine Co и Redlepus Vector Industry Shenzhen Co — за поставки России комплектующих для производства дрона Garpiya.

В тот же пакет санкций вошли Ижевский электромеханический завод «Купол» — дочерняя структура государственного концерна «Алмаз-Антей», — а также торговая компания TSK Vektor, которая, по данным Минфина США, «служила посредником между заводом и китайскими поставщиками в рамках проекта Garpiya». Ижевский завод, по данным ведомства, «координировал производство серии Garpiya на предприятиях в Китае, после чего дроны передавались России».

Министерство финансов США заявило, что эта торговля финансировалась через региональные клиринговые платформы, облегчавшие расчёты за санкционные товары, и что в январе 2025 года санкции были введены против 15 таких платформ.

Особое внимание в экспертных кругах привлекла одна трансграничная сделка, которую, по мнению аналитиков, было бы трудно осуществить без одобрения китайских властей. В ноябре Financial Times сообщила, что бизнесмен из Шэньчжэня Ван Динхуа владеет 5-процентной долей в компании Rustakt, производителе дрона VT-40, широко используемого Россией. Компании Shenzhen Minghuaxin и другие структуры, принадлежащие Вану, являлись крупными поставщиками комплектующих для Rustakt.

Другие западные чиновники утверждают, что китайское государство напрямую помогало китайским продавцам и российским покупателям обходить западные санкции и китайский экспортный контроль.

«Мы располагаем информацией, что связанная с китайским государством компания помогала российской оборонной фирме обходить китайские экспортные ограничения, используя страну Центральной Азии в качестве формального конечного пользователя», — заявили источники.

Имена компании и страны раскрыты не были. В январских санкциях Минфина США упоминается кыргызстанский Keremet Bank как оператор региональной клиринговой платформы. Банк не ответил на запрос о комментарии.

«После того как в августе 2025 года Министерство финансов США обнародовало информацию о российском контрагенте, мы поняли, что Россия и Китай сохранили эту схему и создали новые подставные компании, чтобы обойти дальнейшие санкции», — добавили источники.

В ответ на вопросы Financial Times МИД Китая заявил, что не располагает соответствующей информацией, добавив, что Пекин, оставаясь нейтральным в отношении войны на Украине, «последовательно выступает против односторонних санкций, не имеющих основания в международном праве и не санкционированных Советом Безопасности ООН», и будет «решительно защищать законные права и интересы китайских компаний».

Однако сэр Ричард Мур, бывший глава британской разведки MI6, заявил незадолго до своей отставки в сентябре, что не сомневается: поддержка Пекина сыграла ключевую роль в затягивании войны.

«Именно та поддержка, которую Китай последовательно оказывает России — как дипломатическая, так и в форме товаров двойного назначения: “сделанные в Китае” химикаты, попадающие в снаряды, и электронные компоненты в ракетах — не позволила Путину прийти к выводу, что мир является для него наилучшим вариантом».