Союзники считают, что канал в WhatsApp, созданный для поддержки предвыборной кампании Луиса Инасиу Лулы да Силвы, помог совершить одно из самых неожиданных возвращений в бразильской политике за последнее время.
Левоцентристский президент Бразилии отставал от правоцентриста Флавио Болсонару, но сумел переломить ход предвыборной гонки всего за три недели, сообщает Би-би-си.
Взлет «Армии Лулы»
В тот момент, когда многие сомневались в способности Лулы изменить результаты выборов, появился канал в WhatsApp под названием «Армия Лулы», который быстро набрал 10,8 миллионов подписчиков.
Операция, возглавляемая конгрессменом Андре Жанонесом, призывала сторонников делиться видеороликами, продвигать хэштеги и привлекать новых избирателей.
Его впечатляющий рост между двумя турами был особенно примечателен, поскольку, по-видимому, он позволил устранить давний дисбаланс в бразильской политике.
В течение многих лет консерваторы, поддерживающие бывшего президента Жаира Болсонару, считались доминирующими фигурами в политической мобилизации в интернете, особенно на таких платформах, как WhatsApp и Telegram.
Появление «Армии Лулы» убедило многих сторонников в том, что бразильские левые наконец-то нашли способ конкурировать на цифровой арене. Этот сдвиг был особенно значимым, поскольку социальные сети играют центральную роль в бразильской политике с момента победы Жаира Болсонару на выборах 2018 года, когда сети WhatsApp стали определяющей чертой политических кампаний.
В сообщениях для «Армии Лулы» часто использовались готовые шаблоны, которыми подписчики могли делиться с друзьями и семьей. В каждом из них сторонникам ставилось конкретное задание, направленное на повышение узнаваемости Лулы в социальных сетях.
Джанонес часто давал своим «войскам» указания «взорвать» последний рекламный ролик или помочь новому хэштегу «взлететь».
«Ребята, срочно!», «Не ложитесь спать пока!», «Никакой еды до начала миссии!», и «У меня есть еще одно задание, прежде чем вы сможете уйти», — вот некоторые из инструкций.
Накануне выборов конгрессмен также провел 24-часовую прямую трансляцию, получившую название «прямая трансляция, определяющая поворотный момент», несмотря на то, что опросы продолжали указывать на победу Болсонару.
Эта тактика сработала, несмотря на опасения некоторых членов Рабочей партии, что часто конфронтационный стиль Жанонеса в социальных сетях может подорвать более умеренный образ, который они надеялись создать для Лулы.
В своей победной речи Лула назвал Жанонеса «нашим генералом» и поблагодарил его за то, что он «ежедневно поднимает боевой дух наших войск».
Роль социальных сетей в возвращении
Однако оценить влияние онлайн-мобилизации на результаты выборов крайне сложно.
Хотя союзники Лулы считают, что «Армия Лулы» помогла ему вернуться на политическую арену, политологи предупреждают, что невозможно определить, сколько голосов, если таковые имеются, были напрямую затронуты операцией в WhatsApp.
Политолог Денильде Хольцхакер утверждает, что изменение стратегии предвыборной кампании Лулы стало ключевым фактором его возвращения в политику.
По ее словам, кандидат от Рабочей партии не полагалась исключительно на взаимодействие в интернете, а сумела связать цифровую кампанию с мобилизацией избирателей на местах.
По словам Хольцхакера, кампания активизировала усилия на местном уровне и адаптировала свою риторику, связав победу Болсонаро с опасениями по поводу потенциальных изменений в социальных программах и утраты прав.
«Заслуга Лулы в том, что он осознал свою слабость и полностью изменил свой стиль, — говорит она. — А Жанонесу удалось сделать то, что казалось немыслимым для бразильских левых — доминировать в социальных сетях».
Напротив, Хольцхакер утверждает, что Флавио Болсонару вышел во второй тур выборов с чрезмерной уверенностью в победе и не смог эффективно донести свою позицию до сторонников.
Социолог и политолог Майра Гуларт, профессор Федерального университета Рио-де-Жанейро, также предостерегает от того, чтобы приписывать возвращение Лулы исключительно социальным сетям.
«Это было сочетание социальных сетей и мобилизации на улицах», — говорит она. «Физический мир позволил осуществить мобилизацию, способную снизить уровень неявки и убедить неопределившихся избирателей».
По ее мнению, сторонникам Лулы удалось превратить энтузиазм в интернете в реальное политическое участие.
«Те, кто был предан победе Лулы, работали над тем, чтобы объединить людей и убедить их проголосовать», — говорит Гуларт.
Она утверждает, что эти усилия не только способствовали увеличению явки избирателей, но и могут оказаться ценными для следующей администрации Лулы.
«Я считаю, что эти коллективные усилия стали важным опытом и окажутся ценными для правительства, которому еще предстоит преодолеть множество трудностей. Это не только помогло сократить число воздержавшихся от голосования, но и склонило на свою сторону значительное число неопределившихся избирателей».
Сам Лула предположил, что мобилизация, стоящая за его возвращением, может повлиять на то, как он будет управлять страной в ближайшие годы.
В своей победной речи он заявил, что выборы преподали ему много уроков, и пообещал изменить систему управления Бразилией:
«Мы собираемся предоставить людям больше возможностей для участия в принятии решений, и цифровые коммуникации будут играть гораздо большую роль в моем правительстве».
«Бразилия не смирится с тем, чтобы быть чьим-либо задним двором», — заявил левоцентристский президент Бразилии Луис Инасио Лула да Силва в своей победной речи, адресованной непосредственно Вашингтону.
Внутренние выборы редко выигрываются за счет внешней политики, и эти выборы не стали исключением. Но неповиновение Лулы тому, что он назвал вмешательством США во внутренние дела Бразилии, пробудило патриотический дух, который оказался эффективным инструментом предвыборной кампании.
Это также соответствовало его более широкой политической позиции как бывшего профсоюзного лидера: противостояние влиятельным фигурам.
Парадоксально, но, похоже, это принесло ему уважение президента Дональда Трампа. «Мне нравится Лула, мы хорошо ладим», — сказал Трамп, комментируя результаты выборов. «Я не принимал чью-либо сторону», — добавил он, прежде чем назвать выборы «ужасными» и «сфальсифицированными».
Если это звучит запутанно, то потому, что отношения между этими двумя мужчинами непростые. Трамп не выразил явной поддержки сопернику Лулы, Флавио Болсонару, который отказался признать результаты выборов, несмотря на то, что Верховный избирательный суд не обнаружил доказательств нарушений. Но Трамп был близким союзником отца Флавио, бывшего президента Жаира Болсонару.
Когда я разговаривал с Лулой у него дома около года назад, отношения были на самом низком уровне. Он сказал мне, что у него «нет никаких отношений» с Трампом, что они никогда не разговаривали и что он не намерен брать трубку. Трамп недавно ввел карательные пошлины на Бразилию, в основном в качестве политической реакции на судебный процесс над Жаиром Болсонару, который президент США назвал «охотой на ведьм» .
Вместо того чтобы, как это делали некоторые союзники США, обходить Трампа стороной, Лула дал отпор — и это принесло свои плоды.
Он произносил пламенные речи, ссылаясь на суверенитет Бразилии, критиковал вмешательство США в судебный процесс и стал носить синюю кепку с надписью «Бразилия принадлежит бразильцам».
Его рейтинг одобрения резко вырос.
Он обвинил семью Болсонару, которая лоббировала введение пошлин, в непатриотизме – это удар по правому политическому крылу, которое так часто выдает патриотизм за свою территорию.
Даже некоторые представители сельскохозяйственного лобби, обычно ярые сторонники Болсонаро, но зависящие от торговли с США, считали, что Лула был прав.
В конце концов США уступили и снизили пошлины, хотя с тех пор они снова выросли.
Затем отношения улучшились.
Двое мужчин выступили в Организации Объединенных Наций, а затем встретились в Овальном кабинете, где Трамп назвал переговоры «очень хорошими», а Лула заявил, что ушел «очень довольным».
Возможно, это еще одно свидетельство того, что Трампу нравятся авторитарные лидеры.
