Детское насилие в Кыргызстане: способны ли мы защитить своих детей?

Автор -
3044

Уже вторую неделю состояние двухлетнего Ибрагима остается тяжелым. Малыш до сих пор не вышел из комы, в которую впал после жестоких побоев родственников и сексуального насилия со стороны своего дяди. Врачи диагностировали у него гипоксическую энцефалопатию (прим. ред. — повреждение мозга, вызванное нехваткой кислорода) и мозговую кому 4 степени. Сейчас ребенок подключен к специальному аппарату, который поддерживает ему жизнь.

Шокирующий случай жесткого обращения с детьми далеко не первый в Кыргызстане. По данным Министерства внутренних дел, в 2014 году в отношении несовершеннолетних было совершено 909 преступлений. Из них 10 детей были убиты, 13 был нанесен тяжкий вред здоровью, 66 были изнасилованы и 17 подверглись насильственным действиям сексуального характера.

Самое большое число изнасилований, по данным Нацстаткома, начиная с 2000 года, было зарегистрировано в 2012 году – 81 случай, меньше всего в 2007 – 31 случай. По статье насильственные действия сексуального характера наибольшее число было зафиксировано в 2012 году – 25 случаев, меньше всего в 2006 – 4 случая. Как показывает статистика, несмотря на реформы в законодательстве, видимых улучшений в сфере защиты детей от жестокого обращения в Кыргызстане до сих пор не наблюдается.

История, которая уже 2 недели лихорадит Кыргызстан, произошла в селе Озерное Чуйской области. 10 января в 3-ю детскую больницу доставили маленького Ибрагима, который на следующий день впал в глубокую кому. На теле двухлетнего ребенка врачи обнаружили царапины, гематомы, подозрительные раны, а рот и анальное отверстие были надорваны. По трагической случайности все эти увечья малыш получил в день своего рождения, 8 января.

Как выяснилось, нерадивые родственники малыша, дядя и тетя, на попечение которых два месяца назад отец мальчика оставил его, обратились за медицинской помощью лишь спустя два дня после того, как ребенок получил травмы. При этом свою причастность к ним они отрицали. По их словам, травму головы он получил, когда упал с лестницы, а причиной повреждения анального отверстия стали клизменные процедуры.

По данному факту было возбуждено уголовное дело по статьям 104 (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью) и 130 (насильственные действия сексуального характера).

Позднее дядя и тетя Ибрагима — Жаныбек Тулебеков и Айзада Тулебекова, помещенные в СИЗО на 2 месяца, сознались, что периодически избивали малыша. Однако сексуальное насилие над ребенком 47-летний дядя мальчика до сих пор отрицает, несмотря на подтверждение данных действий судмедэкспертизой. Оказалось, что мать оставила малыша в двухмесячном возрасте, отец отдал его двоюродному брату, чтобы совершить даваат (прим. ред. – проповедование ислама).

Каждый третий ребенок в Кыргызстане страдает

Исследование ЮНИСЕФ, проведенное в 2009 году, показало, что насилие в той или иной форме совершается в Кыргызстане в каждой третьей семье. 72 % детей рассказали, что подвергались одной из форм насилия. 50 % заявили, что сталкивались с устныы оскорблениям со стороны других членов семьи, 39 % подвергались психическому насилию, 37 % — физическому, а 1,6 % — сексуальному насилию.

По мнению большинства экспертов, основными причинами насилия над детьми в Кыргызстане является бедность, которая приводит к озлобленности и деградации населения, а также высокой безработице, из-за которой кыргызстанцы вынуждены бросать своих детей на попечение престарелых родителей, родственников, малознакомых людей и уезжать на заработки. Другая категория родителей, в силу экономических и социальных проблем, начинает злоупотреблять алкоголем и вымещать злость на детях.

«Помимо большого количества внешних и внутренних мигрантов, которые оставляют детей родственникам без опекунства, одной из причин насилия над детьми является постепенная потеря понимания обществом ценности ребенка. Ребенок – это огромная ценность, а его воспринимают как собственность, как вещь», — говорит координатор программы по защите детей фонда ООН ЮНИСЕФ в Кыргызстане Елена Заиченко.

Трагедия, случившаяся в 2013 году с трехлетней девочкой, которую изнасиловал и изрезал ножом пьяный отец, вернувшийся с заработков из Казахстана, является одним из ярких примеров этого. В итоге врачи были вынуждены провести пластические операции не только на теле и лице истерзанного ребенка, но и половых органах. При этом отец-извращенец отделался всего лишь 24 годами тюрьмы, а не пожизненным заключением.

Хотя многочисленные исследования показывают, что физическое и сексуальное насилие над детьми нередко происходит в обычных семьях, все же риск стать жертвой такого насилия гораздо выше у детей, оставленных родственникам или проживающих в детских домах, интернатах, лицеях, медресе, поскольку в таких случаях они полностью зависят от своих попечителей и воспитателей, им некому пожаловаться и некуда уйти.

Еще один пример беспечности родителей, который закончился похищением и убийством 9-летней девочки от рук зэка-рецидивиста. Женщина, которая должна была присматривать за ней, забыла о своих обязанностях после распития алкоголя с беглым заключенным.

«У государства должны быть специальные дома, куда люди могли бы прийти и на время оставить ребенка. В настоящее время у государства абсолютно нет политики превентивных мер, оно не занимается их выработкой на законодательном уровне, не закладывает на это деньги в бюджете. Государство работает с результатом, а не с превентивными мерами. Нет механизма публичного порицания. Недавно прошел год семьи. Каковы его результаты, что было сделано для укрепления института семьи, мы не знаем», — возмущается общественный деятель Токтайым Уметалиева.

Иногда, по словам правозащитников, брошенные дети вынуждены годами терпеть жестокие побои, потому как их родители не торопятся возвращаться домой, заводят новые семьи и перестают высылать деньги на их содержание. В свою очередь родственники, не желая кормить лишний рот, заставляют детей отрабатывать каждый кусок хлеба, эксплуатируют их физически, наказывают за любую провинность, а иногда подвергают и сексуальному насилию.

Так, в конце 2013 года всплыла еще одна история жестокого обращения с ребенком, которая взбудоражила кыргызстанцев. В реанимацию 3-й детской больницы была доставлена годовалая малышка с закрытой черепно-мозговой травмой головы и переломом черепа. Оказалось, что до такого состояния ребенка довела родная тетя, которой не заплатили родители девочки за ее содержание. Также выяснилось, что женщина регулярно издевалась над ребенком, заставляла пить грязную воду после стирки и оставляла ее в тазике с водой на морозе.

Между тем, несмотря на опасную тенденцию, по словам специалистов, государство, вместо активного создания рабочих мест внутри страны, расширяет политику внешней трудовой миграции, превращая Кыргызстан в страну мигрантов, что способствует формированию поколения брошенных детей.

Государство Кыргызстан – суровый родитель

История маленького Ибрагима вызвала общественный резонанс, переполнив чашу терпения кыргызстанцев. На защиту малыша встали ЮНИСЕФ, правозащитники, представители власти, сам президент и простые граждане. Последние собрали в фейсбуке более полумиллиона подписей под петицией главе государства и провели митинг в Бишкеке с требованием отмены моратория на смертную казнь.

Однако некоторые специалисты считают, что введение смертной казни не решит проблемы. Еще в 2013 году Алмазбек Атамбаев отклонил законопроект о химической кастрации педофилов, но подписал закон об ужесточении наказания за преступления против половой неприкосновенности. Согласно ему педофилам теперь грозит от 20 лет тюрьмы до пожизненного заключения. Однако от этого, согласно статистике, преступлений против половой неприкосновенности в 2014 году не стало меньше, чем в 2013 году. Хотя возможно, это связано с тем, что в последние годы подобные случаи больше придаются огласке, тогда как раньше замалчивались.

Эксперты в сфере прав защиты детей отмечают, что для эффективного снижения уровня жестокого обращения с детьми и сексуального насилия, государству необходимо повысить контроль над исполнением наказания таких преступлений. Поскольку статистика по количеству осужденных за подобные преступления отсутствует.

Так, по данным Нацстаткома со ссылкой на МВД, только за 2013 год в Кыргызстане было зарегистрировано 93 преступления, касающихся сексуального насилия над детьми. Сведениями о том, сколько преступников было осуждено за это, ведомство не располагает. Есть лишь общие данные о том, что в 2013 году за изнасилование женщин и сексуальные насилия над детьми было осуждено 16 преступников. Кроме того, отсутствует информация об уголовных делах, заведенных за побои и истязания детей, потому что правоохранительные органы их не фиксируют, хотя это могло бы служить профилактикой более тяжких преступлений в отношении детей.

Кроме того, несмотря на то, что в Кыргызстане, по мнению специалистов, одно из самых лучших законодательств в сфере защиты детей, на данный момент в нем есть только один пробел — нет запрета на физическое насилие над детьми, и эту норму необходимо вводить. Взрослые должны знать, что рукоприкладство не сойдет им с рук.

Для искоренения насилия в отношении детей основным препятствием является то, что оно по-прежнему считается приемлемым. В Кыргызстане ребенок не считается полноценным членом общества, и его социальный статус очень низок. В обществе бытует уверенность в том, что насилие над ребенком — нормальная часть воспитания.

«Я не понимаю, когда некоторые взрослые люди говорят: «Ну, били меня в детстве, и что из этого, ничего страшного. От этого я не стал алкоголиком или наркоманом». Но откуда они знают, как сложилась бы их судьба, если бы родители не били и не унижали их в детстве. У нас до сих пор отсутствует понятие неприятия, осуждения насилия над детьми. Мы должны задать себе вопрос: мы бьем детей, чтобы сделать им больно, или чтобы изменить их поведение? Если последнее, то это не работает, но многие взрослые не понимают этого», — говорит координатор программы по защите детей фонда ООН ЮНИСЕФ в Кыргызстане Елена Заиченко.

Никто, кроме нас

«Мы уверены, что 3-я детская больница всегда заявит в органы, если к ним поступит «подозрительный» ребенок, но мы не можем утверждать, что также отреагируют в какой-нибудь сельской больнице. Виновные всегда будут пытаться найти способ, чтобы договориться с милицией, родственниками и избежать наказания. Но правосудие должно быть непреклонно, подобные факты не должны оставаться безнаказанными. Необходимо понимать, что ребенок пострадал не только физически, но и психологически. Ему сломали судьбу, и неизвестно, сможет ли он в будущем оправиться от этой травмы», — подчеркивает Елена Заиченко.

Государству необходимо формировать четкое и безоговорочное неприятие и осуждение всех форм насилия в отношении детей. Насилие над ребенком — это не внутреннее дело одной семьи, это касается всего общества. Поэтому, ни социальная опека, ни случайные свидетели не должны закрывать глаза на жестокость и проходить мимо. Маленького Ибрагима и других искалеченных детей можно было оградить, спасти от насилия, уверены специалисты, если бы взрослые вокруг проявили каплю сострадания к плачу и крикам этих малышей и выполнили свой гражданский долг.

Своим видением решения проблемы жестокого обращения и сексуального насилия в Кыргызстане с KNews поделились эксперты в сфере защиты прав детей и правозащитники.

Назгуль Турдубекова, глава «Лиги защитников прав ребенка»:

В первую очередь, правительству необходимо разработать и принять национальный план действий по защите детей от жестокого обращения. Затем создать координационный совет по эффективному межведомственному взаимодействию государственных органов, которые будет заниматься этой проблемой. У государства должно быть четкое видение этой проблемы и план ее решения. Необходимы четкие индикаторы, достижение которых покажет выполнение плана, а значит и постепенное решение проблемы. Например, столько-то детей прошли обучение и получили знания о своих правах, стольким-то социальным работникам повысили заработные платы и т.д.

Государство должно работать над формированием в обществе нетерпимости к насилию над детьми. Нужно менять сознание и менталитет каждого родителя, проводить в школах уроки по правам ребенка, чтобы дети знали, какие права они имеют, могли распознать виды насилия, знали, в какие органы нужно обратиться, и были уверены, что им там помогут. Сейчас общество готово сообщать о случаях насилия, люди часто обращаются в нашу организацию, но не знают, куда можно позвонить, поэтому нужен телефон доверия, номер которого легко запомнить. Мы предлагали «111», он должен был заработать еще в 2012 году, но пока телефона доверия нет.

Очень важно, чтобы был разработан специальный единый документ — протокол, где все действия госорганов будут четко регламентированы. Нужно, чтобы координационный совет не просто был на бумаге, а реально работал. У нас есть Семейный кодекс, Кодекс о детях, мы ратифицировали Конвенцию ООН, но правительству пора переходить от теории к конкретным действиям.

В Бишкеке уже второй год по нашей инициативе работает центр помощи детям, за время своего существования он помог 600 детям, которые подверглись психическому, телесному и сексуальной насилию. Похожий центр был открыт осенью прошлого года в Караколе, в ближайшее время такой центр будет открыт в Тюпе, мэрия Таласа тоже активно проявляет интерес к этой идее. В рамках реализации ювенальной юстиции до 2017 года в Кыргызстане должно быть открыто около 40 подобных центров и кабинетов. Их функциональной обязанностью будет с 9:00 до 18:00 ходить по семьям, выявлять факты насилия и помогать.

Важно, чтобы жертвам насилия предоставлялась бесплатная юридическая помощь. Правительство поддержало нашу инициативу, заработная плата юристам, оказывающим помощь детям, пострадавшим от насилия, будет выплачиваться из бюджета муниципалитетов.

Нужно наладить систему выявления фактов насилия. Вроде все уже есть, но почему не работает? Должны работать мультидисциплинарные команды, система хорошая, мы ее продвигаем. Дети не должны искать помощь, она сама должна приходить к ним. Каждый случай жестокого обращения или сексуального насилия должен фиксироваться, должны возбуждаться уголовные дела. Кроме того, необходимо на законодательном уровне ввести запрет на телесное наказание, как дома, так и вне его.

Токтайым Уметалиева, общественный деятель:

Государство должно вести учет и контроль детей. У нас есть институт социальной опеки, который распространяется только на сирот, но задача государства — заботиться обо всех детях до их совершеннолетия. Это должна быть комплексная работа, необходимо выделять на это средства. Чем оплачивать заработную плату сотрудникам, консультирующим депутатов, у которых мозги не работают, лучше повысьте зарплату социальным работникам, они получают всего 3 тыс. сомов. На мой взгляд, на каждого ребенка с возможными проблемами в семье до 1 класса должна быть заведена карточка. Не имея системного подхода в решении этой проблемы, ситуация будет только ухудшаться.

Елена Заиченко, координатор программы по защите детей детского фонда ООН ЮНИСЕФ в Кыргызстане:

Два, три года назад я бы сказала, что государство не уделяет достаточного внимания проблеме жестокого обращения с детьми. Но на данный момент принята государственная программа ювенальной юстиции, которая недавно начала работать. На мой взгляд, для искоренения случаев жестокого обращения и сексуального насилия над детьми, необходим специальный документ, возможно постановление правительства по координации действий и обязанностей всех государственных органов в случае возникновения таких инцидентов.

Кроме того, необходимо ввести наказание за физическое насилие, и провести масштабную информационную кампанию. Помимо этого, социальные службы должны поставить на учет и постоянно мониторить семьи с высоким риском возможного жестокого обращения с детьми, также необходимо создать единый регулирующий орган, чтобы все знали, куда обращаться в подобных случаях.

Общество не должно быть слепо и глухо, такие случаи требуют огласки и порицания. Ребенок не может сам постоять за себя, его должно защитить государство. Мы должны, как в США, обучать детей собственной безопасности. Там 3-летний ребенок может сказать взрослому, что он не может его трогать и прикасаться к его интимным местам. У нас же дети сильно доверяют взрослым и считают, что все, что они делают, правильно.

Думаю, необходимо сделать процесс расследования насилия более дружелюбным, у нас он очень грубый. К примеру, был случай, когда 10-летнюю девочку, подвергшуюся насилию, притащили, поставили перед комиссией из 10 человек и попросили рассказать о том, как все было. Это абсолютно неприемлемо. Должен учитываться гендер, если это девочка, то допрос должна вести женщина-следователь. Нельзя допускать повторных допросов, так как ребенок переживает все заново, ему снова наносится психологическая травма.

К сожалению, у нас нет кризисных центров. В детском кодексе прописано, что ребенок должен быть изъят из семьи, если он подвергся в ней насилию, его нужно где-то спрятать, чтобы его не убили, он же свидетель. В каждом районе должен быть такой кризисный центр. Но самая наилучшая мировая практика, это когда изымают не ребенка, а преступника, даже если он пока подозреваемый и его вина не доказана. Мы должны понимать, что сегодняшнее общество – это взрослые, а завтрашнее, возможно, будет состоять из детей, которым мы не помогли.

Мы с тобой Ибрагим

Сейчас медики делают все возможное, чтобы маленький Ибрагим поправился. С помощью специального аппарата поддерживают работу головного мозга и сердца, кормят через зонд и проводят инфузионную терапию. Тактику лечения отечественных докторов одобрил врач из Австралии, осмотревший на днях ребенка по просьбе ЮНИСЕФ. Из-за карантина навещать малыша запрещено, но неравнодушные кыргызстанцы регулярно звонят и справляются о его здоровье. Проведывает малыша и его папа.

На днях малыш начал самостоятельно дышать, но врачи не торопятся давать обнадеживающие прогнозы.

«В такой ситуации делать прогнозы очень сложно, малыш может поправиться, а возможно, что для него все закончится плохо. Сейчас наша главная наша задача — поддерживать ему жизнь, что мы и делаем. Сколько месяцев он пролежит в коме, тоже трудно предугадать, сможет ли он очнувшись говорить, ходить, мы не знаем, все будет зависеть от того, как и когда он придет в себя», — подчеркнул заведующий отделением реанимации 3-й детской больницы Альберт Кагарлицкий.

Благодаря огласке, дальнейшая судьба маленького Ибрагима взята под контроль президента, можно не сомневаться, что для выздоровления малыша будет сделано все возможное, а преступник будет наказан. Но сколько еще детей находятся в тени этой проблемы, скольких из них истязают, насилуют и забивают насмерть?

Сколько еще детей Кыргызстана должны быть доведены до комы, чтобы государство начало решать эту проблему не только на бумаге и силами НПО, а самостоятельно и на практике. Ведь дети — это будущее страны, будущее Кыргызстана.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться