Таджикский спрут: Почему вкладчики обнищали, а банкиры – разбогатели?

Деньги вкладчиков «Таджпромбанка» миллионами переводились за рубеж, расхищались; а личное имущество главы банка — Джамшеда Зиёева, предлагаемое вкладчикам за 30 млн., на самом деле стоит 1 миллион. Об этом пишет «Азия -Плюс», которое  подытожило все показания, что прозвучали в столичном суде района Шохмансур за четыре месяца рассмотрения заявления таджикского адвоката и вкладчика «Таджпромбанка» Солиджона Джураева об оспаривании решений органов госвласти по ограничению конституционных прав и интересов граждан-вкладчиков на собственность.

Деньги – только своим?

Адвокат Джураев уверен – причина разорения ТПБ в недобросовестных действиях его председателя Джамшеда Зиёева.

«Факты свидетельствуют, что Зиёев, путем обмана присвоил или использовал в личных целях сбережения вкладчиков. Он купил недвижимость в Душанбе, Гиссаре, Варзобе и других регионах Таджикистана, построил для себя и родственников дома и квартиры, рестораны, различные предприятия», — сказал Джураев на суде.

По его словам, на основе документации ТПБ и других данных он распутал схему хищения денег вкладчиков. «Согласно официальной информации Генпрокуратуры, представленной суду, Зиёеву предъявлено обвинение в совершении хищения средств вкладчиков в сумме 40 млн. сомони.  На самом деле сумма намного больше!» — уверен он.

Зиёев по его данным, выдавал миллионные кредиты своим дочерним фирмам и другим компаниям, возглавляемыми его близкими родственниками. Вот их перечень:

1. ООО «ТПБ АКВА» на сумму 60, 78 млн. сомони.

2. ООО «ТПБ-ПЭТ» — 34, 16 млн.

3. ООО «Дахбед-Д»  — 2, 5 млн.

4. ООО «Дахбед-Д» — 2 на сумму 16,78 млн.

5. ООО «Дахбед-М» — 2, 02 млн.;

6. ООО «ТПБ АВТО» на сумму 6, 08 млн.

Всего сумма кредитов «своим» составила 122,31 млн. сомони, это без учета процентных  выплат, составляющих  примерно 77, 28 млн. Эти кредиты, отмечает адвокат, были выданы незаконно, без каких-либо гарантий возврата или имущественного обеспечения, поскольку все эти фирмы фактически принадлежат самому Зиёеву

«122,31 млн. сомони, и это только согласно документации ТПБ, без учета тайных и завуалированных фактов», — отмечает Джураев.

Миллионы из «воздуха»?

Дальнейшие комбинации Зиеева по сокрытию фактов хищения средств вкладчиков Джураев объяснил так:

«Никто из получателей миллионных кредитов не собирался платить проценты, и вообще – возвращать эти деньги. На полученные кредиты они построили различные объекты, часть из которых впоследствии,  с неоднократными и необоснованными увеличениями их стоимости,  была передана на баланс ТПБ взамен полученных денег».

«Так, не работающие или не нерентабельные общества («Дахбед-Д», «Дахбед-Д» -2,«Дахбед-М», «ТПБ АВТО») и другие объекты недвижимости вокруг бездействующей швейной фабрики «Шарофат» были взяты на баланс ТПБ по цене, многократно завышенной по отношению к их рыночной стоимости. А доходные кампании («ТПБ АКВА», «ТПБ-ПЭТ») и другое востребованное имущество банка, было «распродано» Зиеевым своим близким и родственникам — сыну Азизу и шурину Олегу Сайдинову по чрезвычайно низким ценам», — отмечает адвокат.

«Однако фактическим владельцем этих фирм и объектов недвижимости остается сам Зиёев. То есть, это великий комбинатор, превзошедший самого Остапа Бендера. Он, якобы, продает объекты недвижимости банка по низкой цене своим родственникам, затем им же (считай – сам себе) из средств вкладчиков выдает миллионные кредиты под залог этих же объектов. Долг возвращать родня не собирается, поэтому, в счет его погашения недавно «проданные» объекты недвижимости  Зиеев выкупает по цене, превышающей их реальную стоимость в 30 — 40 раз. А денежную разницу присваивает, — разъяснил Джураев суду.

Он подкрепил сказанное следующими фактами: «Четыре здания: Детсад в Душанбе (Дехлави 12/3, бывшее здание банка), здания магазина «Мохинав», гостиницы «Ленинабад» в Худжанде и Душанбе при головном банке (пр.Рудаки, 22 «а»), которые числились на балансе ТПБ, были проданы «своим» всего лишь за 1,47 млн. сомони.

Один только детсад с многочисленными зданиями и инвентарем  был продан ООО «Азиз Ко ЛТД» (учредитель Азиз — сын Зиёева), директором которого числится Олег Сайдинов (шурин Зиёева) всего за 142, 2 тыс. сомони.

Затем заключается «Соглашения об уступке» между ТПБ в лице Зиёева и ООО «Азиз Ко ЛТД» в лице директора Сайдинова, которым закрывается  кредитная задолженность ООО «Азиз Ко ЛТД» перед банком в сумме 18,51 млн. сомони взамен «покупки» у них же ранее проданной недвижимости.

В результате только одной этой комбинацией Зиёев присвоил более 17  млн. сомони вкладчиков банка.

Магазин «Мохинав», проданный за 228, 63 тыс. сомони, взамен погашения задолженности Зиёева Шариповым, принимается на баланс ТПБ по стоимости 18, 08 млн. сомони, т.е., в 39 раз выше, и также, по этой заоблачной цене предлагается покупателям.

Гостиница при головном банке (пр.Рудаки 22 «а»), ранее проданная Зиёевым от имени банка «ТПБ АКВА» и ООО «ТПБ-ПЭТ» (собственники — сын и шурин Зиёева) за 635,5 тыс. сомони, затем покупается в 30 раз дороже, то есть, за 18, 51 млн., принимается на баланс ТПБ и предлагается вкладчикам.

То же самое произошло и с гостиницей в Худжанде и другими объектами недвижимости в Согдийской области, утверждает адвокат.

О зарубежных связях Зиёева

Представляя суду документы, Джураев сообщил, что Зиёев перевел в зарубежные коммерческие банки и  на  счета собственных фирм «десятки  миллионов евро и долларов».

— Так, в январе 2013 года он выдал под гарантию зарубежной фирмы «Hambung Airways» (Гамбург, ФРГ) кредит в размере 2  млн. евро ООО «Джахон Сайр» (под 24% годовых, сроком на три месяца). Между тем, уставной капитал  последней составлял всего 500 сомони. Кредит не был возвращен, остаток долга в 17, 67 млн. сомони, и невыплаченные проценты составили 26,46 млн.,  до сих пор висят на должнике.

Тем не менее, Зиёев дает гаранту должника, т.е. «Hambung Airways», 1,5 млн. евро, также безо всяких гарантий и залогового обеспечения.

Между тем, в Москве он купил дорогостоящие квартиры и дом в элитном районе «Рублёвка» на сумму свыше $3 млн, — говорит Джураев.

 

Спецпредставитель продолжил дело Зиёева?

В число рассматриваемых судом вопросов попали события, происходящие в бывшем ТПБ после его банкротства.

Напомним, в феврале 2017 года в бывший ТПБ был назначен спецадминистратор, который за два года должен был осуществить ликвидацию банка. Последнее включает возврат вкладчикам их депозитов, продажу имущества банка, взыскание задолженностей, уплату всех налогов.

Спеадминистратору Такдиру Шарипову до конца отведенного ему срока осталось менее трех месяцев. Однако до сих пор многие вкладчики денег так и не получили.

Джураев так изложил суду свое видение ситуации: «Права вкладчиков не восстановлены, наоборот, ситуация ухудшились. Более половины арестованного  имущества  банка давно распродана, но вкладчикам деньги не достались, и куда они делись — никто не знает».

По настоянию Джураева, Шарипов был вызван в суд, у него попросили объяснений, но он не смог ответить на поставленные вопросы.

Между тем, Джураев представил суду доказательства – первичные бухгалтерские документы банка, демонстрирующие повышение цен.

«В начале мая 2017 года установленная комиссией стоимость  имущества банка Шариповым и Зиёевым была внезапно и резко повышена в 2-9 раз. Позже произошло ещё несколько повышений, и в настоящее время их  реальная стоимость возросла в 40 раз. И вот это предлагается ограбленным вкладчикам для приобретения взамен их вкладов!» — сообщил истец.

На это Такдир Шарифов ответил суду, что он имеет право повышать стоимость недвижимости, т.к. должен платить налоги, получать зарплату (8 тысяч сомони), рассчитываться с вкладчиками. По его словам, с большей частью вкладчиков он уже рассчитался, их осталось 145 из 670.

Суд удовлетворил ходатайство Джураева и дал Шарипову срок для подготовки отчета и представления его суду. Однако это требование суда Шариповым не было выполнено, и ни на одном из последующих заседаний суда он не появился.

Негодное имущество

Джураев обрисовал суду ситуацию, складывающуюся вокруг возврата денег вкладчикам:

— Генпрокуратура предъявила обвинение Зиёеву в хищении 40 млн. сомони.  Для возмещения ущерба, он, якобы, передал спецадминистрации  личное имущество  на сумму 30,5 млн. Однако, это не так! Рыночная  цена этого имущества  составляет не более одного миллиона сомони.  Оно никому не нужно, поскольку является негодным или не соответствуют своим названиям, поэтому нет на это имущество и никакого спроса. Тем более стоимость каждого завышена в несколько десятков раз, – отмечает адвокат.

«Так называемая зона отдыха в Харангоне, которую население использует, как пастбище, была ранее куплена Зиёевым за 200 тысяч сомони, а оформлена за 400 тысяч. В 2017 году её стоимость была определена примерно в 7,8 млн. сомони, а сейчас она завышена в 75 раз выше цены приобретения. И в сговоре с Шарифовым, вкладчикам её предлагают за 15,51 млн. сомони в качестве возмещения ущерба от суммы похищенного», -отмечает Джураев.

Деревянный домик, называемый зоной отдыха в селе Варзоб – Калъа оценен в 7 млн. сомони; здание и сооружение при ОАО «Ленинабад промстройматериал», которые по документам имели цену 418, 4 тысяч сомони, теперь «подорожали» в 36 раз и «стоят» 17,6  млн. Вкладчики ТПБ оказались в таком положении, что до конца своих дней не смогут вернуть свои сбережения», — резюмировал Джураев.

 

«Чужие» пусть погибнут…

Вызванные в суд свидетели  рассказали: «Денег хотя бы части сбережений на неотложные нужды и лечение вкладчиков «не находилось». Люди, безрезультатно обивая порог банка, получили тяжелейшие стрессы, нервные расстройства  и обострение тяжелых заболеваний. Один из вкладчиков, Х. Кодиров повесился, оставив записку о том, что в его смерти виноват Зиёев, а Шарипов не «нашел» денег из вклада покончившего с собой на погребение и поминки. Но свою зарплату в сумме 8 тысяч сомони он получает регулярно» — отметил адвокат Джураев.

Об том, что к вкладчикам, требующим вернуть свои деньги, Зиеев и Шарипов относились грубо, выгоняя из банка, рассказали суду председатель общественного комитета по защите прав вкладчиков Самадова и Абдурахимов, свидетели  Ватанов, Кодиров, представитель банка в суде Низомуддинов и другие.

«Судите сами, до какой степени Зиёеву и его сообщнику Шарипову безразличны судьбы граждан, как нагло попираются права, честь и достоинство простых людей»,  — отметил Джураев в суде.

О бездействии Генпрокуратуры

Джураев вновь обратил внимание суда на длительное бездействие Генпрокуратуры при сотнях жалоб вкладчиков. Он перечислил по пунктам свои претензии:

1. «Генпрокуратура не выполняет свои обязанности по надзору за точным и единообразным исполнением законов и сама нарушает требования ст. 93 Конституции и ст. ст. 1 и  5 Закона «Об органах прокуратуры». В течение двух лет она не реагировала на явные нарушения конституционных прав и интересов граждан-вкладчиков на собственность. А его представитель Рустам Саидов вместо того, чтобы отправить за решетку мошенника, укрывая преступления, занялся распродажей имущества вора по завышенной  цене».

2. «После ареста Зиёева следствие в отношении него производится формально, для вида и не полностью, а избирательно, и снова в ущерб интересам вкладчиков. Абсолютное большинство эпизодов хищения средств вкладчиков заведомо укрываются, обманутые граждане, в том числе я и мой сын, не признаются потерпевшими, мои неоднократные жалобы с июня 2017 года, остаются без ответа».

«Вместо того, чтобы отправить великого комбинатора Зиёева за решетку, руководитель рабочей группы Генпрокуратуры Рустам Саидов занялся укрывательством похищенных средств  вкладчиков путем распродажи указанного имущества Зиёева по баснословным ценам. А Шарипов принял их на баланс банка  с завышением  стоимости  имущества Зиёева в 30-40 раз, под прямым давлением Саидова и надуманным заключением экспертов Минюста, давших заведомо ложное заключение. Об этом есть протокол, подписанный свидетелями от 18.01.2018.», — заявил суду Джураев.

Антиконституционные действия двух министерств доказаны?

В своем заявлении и в ходе судебного процесса Джураев требовал признать антиконституционными действия руководства Минфина и Минюста, которые, по его мнению, явно превысили свои должностные полномочия, взяв на себя полномочия  суда, запретив продавать 117 объектов недвижимого имущества ТПБ на сумму 572  млн. сомони.

Последнее произошло из-за вклада Минфина в размере 100 млн. сомони, которые ТПБ не вернул. Из-за запрета ликвидаторы банка в течение полутора лет не могут вернуть средства вкладчикам объявленного банкротом банка.

Представители Минфина и Минюста в суде заявляли, что действовали  исключительно в рамках закона. На что Джураев привел  документальные доказательства, а также письменные решения   высокопоставленных должностных лиц Минфина и Минюста (с цитированием законов), и решение Генпрокуратуры, указывающих обратное.

В числе таких доказательств он привел Указ Генпрокуратуры от 13.08. 2018 г., о  немедленном устранении  нарушения закона, отправленный  Минюсту с предписанием о снятии ареста с имущества ТПБ, что и было исполнено приказом самого министра через два дня (15.08.18).

Откуда деньги?

В своем выступлении Джураев вновь обратил внимание суда на существенный вопрос о принадлежности 100 млн. сомони, вложенных Минфином на депозит ТПБ. По словам Джураева, Минфин не смог объяснить, из каких средств ведомство нашло эту сумму.

— Для выяснения того, бюджетные ли это деньги или они принадлежат неизвестным коррупционерам, необходимо было допросить бывшего министра финансов Абдусалома Курбониёна и бывшего председателя ТПБ Зиёева и провести очную ставку между ними. Однако суд отклонил это требование,- заявил Джураев.

Бездействие и противодействие парламента

Напомним, что ранее, по ходатайству Джураева Конституционный суд вынес определение, согласно которому парламент должен был устранить несоответствие между Гражданским кодексом (ст. 65) и Законом РТ «О банкротстве кредитных организаций» (ст. 35) в части очередности возвращения денег вкладчикам с учетом международной практики по защите конституционных прав и интересов граждан-вкладчиков на собственность.

«Принятие закона вслепую и неустранение парламентом существующей коллизии — это пособничество ворам и коррупционерам, и на руку лоббистам из  парламента, которые толкуют разночтения  в законах в ущерб интересам граждан. К чему привели лоббизм и неустранение противоречий в законах?  Взгляните на дело Зиёева и Шарипова, незаконные действия высокопоставленных должностных лиц Минфина и юстиции по аресту всего имущества вкладчиков и банка со ссылкой на статью 35 Закона «О банкротстве кредитных организаций».

Результат – это обогащения воров и коррупционеров за счет боли и страдания своих граждан, приведшие к тяжким последствиям» — утверждает заявитель Джураев.

По поводу оставшейся не разрешенной коллизии законов Джураев высказался резко:

«Нельзя жить с двумя законами. Закон должен быть один, без двусмысленного  толкования и обязательным для исполнения всеми. А тут сам законодатель – народные избранники не исполняет свои законы. Даже  решение Конституционного суда, обязывающее к  безотлагательному рассмотрению,  игнорируется вот уже более шести месяцев, и  опять — таки в угоду ворам и  коррупционерам. Общественное благо должно быть высшим Законом! А тут на каждом шагу вопиющее беззаконие и наплевательское отношение к гражданам, избравших «народных депутатов?!», — заявил он.

На мир не согласен

Истец Солиджон Джураев дважды отказывался от мирового соглашения с ответчиками, настаивая на вынесении судебного решения по существу его заявления, и дело приобрело неожиданный поворот:

— Я снимаю свои требования только в отношении 1-го замминистра юстиции Холикзода, но выдвигаю новые требования о возбуждении уголовного дела против Такдира Шарипова за бездействие в защите имущества банка, защите прав вкладчиков банка и обман  других граждан. Имеются факты прямого мошенничества, продажи и попытки продажи объектов, в 2-3 и даже 7 раз выше, чем их реальная стоимость, а также продажи одних и тех же объектов двум и более лицам (например, квартиры), — заявил на суде Джураев.

Отметим, что требования Джураева значительно увеличились. Приводим их полностью:

1.Письменные поручения замминистра юстиции  Мирсайзод Хакима Саида от 19 мая 2017за №6-6-332 и от 6 февраля 2018г, за №6-6-83 и решения первого замминистра финансов  Джамшеда Каримзода, изложенные в письме от 18 мая  2017года за №15-3/13, как неконституционные действия, признать недействительными.

2. Мое заявление (за исключением в отношении Холикзода А.) удовлетворить полностью. Ранее арестованое имуществоТПБ привести в первоначальное состояние и обязать Минфин вернуть собственнику   правоустанавливающие  документы на 117 объектов имущества (согласно списку).

3.В отношении Зиеева и спецадминистратора Шарипова и других возбудить уголовное дело по ст. ст. 245 ч 4,   247 ч 4, 345 ч 3 и 35 9 ч  1  УК Ри направить дело в Генпрокуратуру для совместного расследования с расследуемым делом Зиёева и других.

4. Возбудить уголовное дело в отношении экспертов Республиканского Центра судебной эксперты  криминалистики Минюста Муқима Миршакарова, Валиджона Акрамова, главного специалиста Минфина Оймаҳмада Эрмухаммадова и других за дачу заведомо ложного заключения в интересах Зиёева и содействии мошенникам в расхищении и попытки расхищения средств вкладчиков  по ст. ст 345 ч  3,  351 ч 2 ист. 32-247 ч 4  УК. Дело направить в Генпрокуратуру для совместного расследования с делом Зиёева и других.

5.В отношении представителя Генпрокуратуры Рустама Саидова за превышение должностных полномочий, укрывательство преступлений Зиёева и пособничество в расхищении средств граждан вынести частное определении в адрес Генпрокурора для проведения дополнительной проверки и привлечения его к соответствующей ответственности.

6. В адрес председателя Нацбанка вынести частное определение в отношении спецпредставителя ТПБ Шарипова об освобождении его от занимаемой должности за утрату доверия, превышение должностных полномочий и умышленные действия против прав и интересов граждан — вкладчиков.

Последнее заседание суда прошло 7 декабря. Решение по делу будет вынесено в ближайшее время.

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться