Почему в Бишкеке нужно закрыть тойкана и рестораны?

Автор -
217

На сегодняшний день с октября в Бишкеке возросло количество выявляемых случаев коронавируса. Об этом сообщила представитель Центра санэпиднадзора 12 ноября на встрече руководства мэрии с рестораторами Бишкека.

По ее информации, если в сентябре в Бишкеке выявлено 175 случаев, то в октябре эта цифра составила 2116.

«На сегодняшний день нельзя говорить, что статистика снижается», — сказала она, передает АКИпресс.

И.о. мэра Бишкека Балбак Тулобаев поинтересовался, почему необходимо закрывать тойкана и рестораны.

Представитель ЦГСЭН ответила, что в тойкана и ресторанах не соблюдается дистанция, игнорируются санитарные правила.

«Если в документах у нас указано, что нельзя более 50 человек запускать в зал, что между 50 человек должны соблюдать дистанцию, то на сегодняшний день приглашаются более 50 человек. Дистанция не соблюдается, когда людей много, необходимо делать влажную уборку, обрабатывать руки антисептиками, делать проветривание — это все не получается делать», — сказала она.

Также она отметила, что по таким же причинам не была разрешена деятельность компьютерных клубов. «Там невозможно проветривать. Если они хотят работать, необходимо рассаживать своих клиентов, соблюдая дистанцию», — добавила она.

Стоит отметить, что рестораны, по словам ряда депутатов и чиновников правительства, предпочитают оплатить маленький штраф, чем отказаться от проведения различных торжеств. Между тем, в ряде регионов вспышки коронавируса происходят из-за тех, кто приезжает после тоев и торжеств в Бишкеке.

Как стало известно, больные COVID-19 заплатили от 1 700 до 63 000 сомов за свое лечение и обследование. Такая информация представлена в отчете по результатам исследования «Соблюдение социальных и экономических прав в условиях эпидемии нового коронавируса в Кыргызской Республике». «Поход на той» в ресторан, где обязательны денежные подношения обходится от 2-х до 6 тысяч сомов.

Так, в отчете сказано, что основные расходы по лечению и обследованию легли на самих пациентов, несмотря на неоднократные заявления Минздрава о готовности системы здравоохранения, перепрофилировании коечного фонда и увеличении количества коек для лечения пациентов с COVID-19, а также об обеспечении необходимым оборудованием и лекарственными препаратами.

Также расходы на обследование и лечение COVID-19 не покрывались системой медицинского страхования, вне зависимости от статуса застрахованного пациента.

По словам респондентов, в среднем больные в легкой форме и средне-тяжелой заплатили от 1 700 до 63 000 сомов за свое лечение и обследование.

Структура расходов включала в основном:

лекарственные препараты;

изделия медицинского назначения (шприцы, капельницы и т. д.), анализы крови;

рентген или КТ легких.

Стоимость лечения во многих случаях превышала уровень доходов респондентов. По данным Нацстаткома, средняя зарплата в Кыргызстане составила 16 427 сомов, при этом в Ошской области — 10 307 сомов, в Баткенской области — 11 026, в Чуйской — 14 114.

«Никто из опрошенных не сказал, что платил врачам за назначение препаратов или обслуживание. В большинстве респонденты отметили, что приходилось платить медсестрам, которых они вызывали на дом делать инъекции. В остальных случаях, при отсутствии возможности оплачивать услуги медсестер, респонденты обращались в дневные стационары или родственники «кололи уколы», а некоторые даже «сами себе вынужденно делали уколы, обучившись на канале YouTube», — говорится в отчете.

Все опрошенные отмечали, что «денег ни у кого не было после карантина», «еще не успели заработать с тех пор, как начали работать». В основном все занимали у родственников, друзей, знакомых, а если заболевал сотрудник в организации, коллеги скидывались. Некоторым помогали волонтеры, собирая деньги у тех, кто хотел помочь.

Многие остались на грани выживания и не могли себе позволить КТ, даже если были показания, из-за высокой стоимости — от 2 700 до 3 200 сомов — и огромных очередей, невозможности записаться.

Резкое повышение цен на лекарственные препараты также ограничивало доступ к лечению, особенно для уязвимых слоев населения.

Людям приходилось делать выбор: «Купить еду и накормить детей или обследоваться, начать лечение».

Разница цены на один и тот же препарат в разных аптеках доходила в среднем до 200 сомов. Многих препаратов в аптеках не было, наблюдались большие очереди. Чтобы купить все лекарства, которые назначил врач, приходилось в среднем объехать 5-10 аптек.

Многие из опрошенных отмечали: «Ночью ездили, когда народу поменьше в очередях было». Некоторые респонденты указали: «Очень много проходилось передвигаться пешком, днем транспорта не было, и на такси денег не было».

Отчет подготовлен в рамках исследования, проведенного объединением юридических лиц «Ассоциация НКО по продвижению прав и интересов детей в Кыргызской Республике», при поддержке Управления верховного комиссара ООН по правам человека в Кыргызстане. Мнения, выраженные в этом отчете, являются ответственностью ассоциации и необязательно отражают точку зрения УВКПЧ ООН в Кыргызстане.

Также из отчета следует, что на основе интервью можно отметить высокий уровень недоверия к информации государственных органов в СМИ по COVID-19 относительно статистических данных. Мнения опрошенных связаны с намеренным занижением и отсутствием практики проведения постоянного, своевременного тестирования.

По данным исследования, статистика смертности и заболеваемости является недостоверной, вызывает крайне негативную оценку действий официальных органов власти, предоставляющих данную информацию, со стороны населения.

Респонденты отметили, что, судя по тому что они видят среди своего окружения, количество заболевших — большое, а официальная статистика — низкая, соответственно, она не отражает реальную картину с инфицированными и больными COVID-19 в стране.

Многие из окружения опрошенных переболели COVID-19 с симптомами легкого или средне-тяжелого течения заболевания, но не были протестированы и, соответственно, не вошли в официальную статистику.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться