Соленые «конфеты». Кыргызский курут помог девочкам-блокадницам пережить голод в Ленинграде

Автор -
383
    Блокадница Елена Гаврилова бережно хранит память о кыргызском национальном продукте, который спас от голодной смерти ее и сестру. Об этом рассказывает «Российская газета»:

    В 1941 году отец Елены — ленинградский геолог Вениамин Аркачев — работал в Киргизии. Домой из дальней командировки он возвращался в июне. С собой мужчина вез семье и друзьям необычное угощение, которое сам называл киргизскими солеными конфетами. Их ему передала хозяйка квартиры, в которой он снимал комнату. Это был курут — сухой кисломолочный продукт, скатанный в белые шарики. Рецептура, по которой он готовится издавна, позволяет хранить его очень долго, но ни геолог, ни его близкие не представляли, насколько это окажется важным.

    Вениамин Аркачев приехал домой 22 июня около трех утра, а уже через несколько часов, забыв про подарки, привезенные из далекой горной республики, он отправился на призывной пункт. Через сутки поезд увез его с товарищами на фронт. Жена Татьяна и две дочери — Маргарита и Леночка 12 и 8 лет — остались в Ленинграде, искренне веря, что война закончится через несколько недель, и совсем скоро отец вернется. Но судьба распорядилась иначе. Вениамин погиб в декабре того же года.

    Когда враг замкнул кольцо блокады, и в городе на Неве наступил голод, Татьяне Аркачевой иногда удавалось обменять что-то из вещей на крупу и соль, но этого хватало на два-три дня. Но однажды, разбирая шкаф в прихожей, она наткнулась на чемодан, с которым Вениамин накануне войны вернулся из командировки в Киргизию. В нем женщина нашла завернутые в тряпочный узел странные белые шарики и вспомнила, как муж рассказывал об этом необычном для ленинградцев продукте.

    — Мы с сестрой подумали, что это были какие-то игрушки, — вспоминает Елена Гаврилова. — Папа говорил, что курут — конфеты, но разве конфеты бывают солеными? Но потом мама согрела воды и залила несколько шариков. Они размягчились, и их уже можно было есть. Мне показалось, что ничего вкуснее на свете я не пробовала. А ведь курут оказался еще и достаточно сытным.

    Сама Татьяна Аркачева так и не притронулась к экзотическому продукту. Она стремилась оставить курут детям. Женщина умерла от голода в первую блокадную зиму, а перед смертью наказала старшей дочери заботиться от младшей.

    — Я подслушивала их разговор за дверью и тихо плакала, — рассказывает Елена. — Мама же просила Риту не забыть о куруте, рассовать его по карманам пальто и кофт, а после идти к старшей по подъезду — тете Агате.

    После смерти матери девочек эвакуировали в одно из сибирских сел, и всю дорогу они спасались от голода белыми солеными «конфетами».

    По окончании войны сестрам удалось вернуться в родной Ленинград. Елена пошла по стопам отца и стала геологом. В 1955 году она приехала в Киргизию проводить разведку залежей золота, и первое, что сделала — купила на рынке пригоршню курута, который когда-то спас жизнь ей с сестрой.

    В горной республике Елена повстречала своего будущего мужа — Анатолия Гаврилова. Они прожили в Кыргызстане до 1991 года. Здесь родились их дети и внуки. После распада СССР Елена с супругом переехали в Ленинградскую область.