Год без Айсултана Назарбаева. Рассуждая об уязвимости автократа

Автор -
270

    16 августа 2020 года в лондонском парке нашли тело 29-летнего Айсултана Назарбаева, внука бывшего президента Казахстана. За несколько месяцев до смерти он выступил с резкими заявлениями в адрес близких родственников, обвинив их в коррупции и «ненасытности». Какой удар нанесли эти высказывания по самой влиятельной семье страны и что они в итоге продемонстрировали? Закрылось ли со смертью Айсултана окно в мир политического закулисья? Об этом рассказывается в статье радио «Азаттык» (казахская редакция радио «Свобода»).

    ГОРДОСТЬ И СОЖАЛЕНИЕ

    «Айсултан, ты оправдал наши надежды, и я не скрываю своей гордости твоими успехами», — писал 10 лет назад президент Казахстана своему внуку в поздравлении по случаю окончания Королевской военной академии «Сандхерст» в Англии. «Верю, что полученные знания и обретенные лидерские качества будут способствовать достижению новых высот в твоей жизни», — обращался Нурсултан Назарбаев к выпускнику престижного заведения, где учились внуки британской королевы, герцог Люксембурга, эмир Катара, король Бахрейна и аристократы из других стран.

    Айсултан, конечно, не аристократического происхождения, но его семья уже тогда была самой влиятельной в стране. Нурсултан Назарбаев, потомок чабанов и металлург по профессии, сделавший благодаря Коммунистической партии головокружительную карьеру в советские годы — от рабочего до члена Политбюро, — после развала СССР возглавил страну и укреплял свою власть. В 2010 году, как раз когда его внук окончил «Сандхерст», Назарбаев получил статус «лидера нации», который наделил его пожизненными властными полномочиями и гарантировал ему и членам его семьи иммунитет от любого преследования и неприкосновенность активов.

    Молодого человека, которого в королевской академии обучали навыкам «командовать в мирное и военное время, разрабатывать тактики», казалось, ждут большие высоты в государстве с процветающим непотизмом. После учебы в Британии 20-летнего Айсултана зачислили в штат главного разведывательного управления министерства обороны Казахстана. Через год он женился на дочери бизнесмена Кайрата Боранбаева, на пышной свадьбе в Алматы гостей развлекал американский рэпер Канье Уэст и российские селебрити.

    Мало кто тогда мог подумать, что «золотой мальчик» станет головной болью семьи Назарбаевых, будет обвинять родственников в «жадности и ненасытности», создании коррупционных схем. Но такое случилось.

    И Нурсултан Назарбаев вынужден будет признать, что надежды, которые возлагали на внука, не оправдались.

    «Можно было бы его никуда не отправлять, но удержать его невозможно было, он уже был раб этого дела, не мог остановиться», — сказал Назарбаев в конце 2020 года в очередном фильме о нем.

    Это было его первое и пока последнее публичное высказывание о внуке после многочисленных скандалов вокруг Айсултана, которые нанесли серьезные удары по тщательно полируемому на протяжении десятилетий имиджу «отца нации».

    Под «этим делом» Назарбаев подразумевал наркозависимость. В пристрастии к наркотикам Айсултан признался в 2017-м. Он говорил, что пытался забыться после смерти своего отца Рахата Алиева (врач по профессии, Алиев работал в руководстве силовых структур, находился на дипломатической службе, пока не вступил в конфликт с тестем и не оказался в опале, после чего его заочно развели со старшей дочерью Назарбаева Даригой и заочно же приговорили на родине к тюрьме. В 2015 году Алиева нашли мертвым в венской тюрьме, где он ждал суда по обвинению в убийстве двух казахстанских банкиров; власти Австрии заявили, что он совершил суицид). Айсултан писал в Facebook’е, что уйти от зависимости ему помог дедушка по материнской линии. Но порвать с наркотиками, видимо, не удалось.

    СКАНДАЛЫ И РЕАКЦИЯ

    В 2019 году имя Айсултана попало в заголовки британских таблоидов. Газеты написали, что он забрался в чужую квартиру в Лондоне, кричал на балконе и оказал сопротивление прибывшим на задержание полицейским, укусив констебля за руку. В британском суде Назарбаеву дали условный срок, обязав выплатить штраф и пройти лечение от наркозависимости. Сторона обвинения заявляла, что после инцидента казахстанские власти пытались «замять дело», чтобы «не позорить семью Назарбаевых», но лондонские полицейские не стали вступать в контакт.

    В самом Казахстане в 2019-м происходило то, что некоторые политологи называют управляемым транзитом или полутранзитом. Нурсултан Назарбаев сложил с себя полномочия, должность президента занял его ставленник Касым-Жомарт Токаев, бывший спикер сената парламента, а в освободившееся кресло спикера села Дарига Назарбаева, став вторым лицом в государстве. При этом Назарбаев сохранил в своих руках рычаги влияния на госаппарат.

    После суда в Лондоне Айсултан на какое-то время выпал из публичного поля. Появившись вновь в Facebook’е в конце января 2020 года, он написал о многомиллиардной коррупции вокруг продажи казахстанского газа, в которую вовлечены члены его семьи (британский расследователь Том Берджес, опубликовавший в конце минувшего года материал о схемах обогащения зятя Назарбаева, Тимура Кулибаева, сообщал, что документы, которые он изучил, «совпадают» с тем, о чем говорил и писал Айсултан. Кулибаев отверг причастность к схемам).

    Айсултан оставил также несколько туманных постов о магии и колдовстве, к которым, по его утверждению, прибегает Дарига Назарбаева. В конце концов Айсултан заявил, что его мать «всегда держала деда на крюке из-за того, что я его сын», и написал, что его жизнь под угрозой.

    Власти Казахстана, прежде не реагировавшие публично ни на публикации Айсултана ни на скандал вокруг него в Лондоне, заявили, что посты «написаны под манипуляциями определенных людей». Сказавший об этом Даурен Абаев, на тот момент министр информации, не уточнил, кто мог управлять внуком экс-президента, но призвал «закрыть эту тему» и не строить «дешевые рейтинги» на несчастье наркозависимого.

    Вскоре Дарига Назарбаева покинула пост главы сената: в мае Токаев прекратил своим указом ее депутатские полномочия. Наблюдатели предположили, что это могло быть связано как скандалом вокруг Айсултана, так и с судебным разбирательством в Лондоне из-за элитной недвижимости Дариги Назарбаевой. На особняки в британской столице, зарегистрированные на офшорные компании, агентство по борьбе с преступностью наложило арест, заявив, что роскошные дома куплены на незаконные доходы, но Назарбаева в итоге отстояла имущество в суде.

    В апреле на странице Айсултана были опубликованы посты с извинениями перед членами семьи, в том числе перед матерью, и другими людьми, которых он ранее упоминал в своих постах.

    Еще через четыре месяца, 16 августа 2020 года, тело Айсултана обнаружили в лондонском парке. Подконтрольные семье Назарбаевых СМИ сообщили, что причиной смерти была остановка сердца. Дарига Назарбаева призвала всех «проявить понимание и уважительное отношение к нашей невосполнимой утрате». В единственном предложении о потере сына она написала, что «семья глубоко скорбит по поводу кончины нашего любимого Айсултана».

    СЕМЬЯ КАК АХИЛЛЕСОВА ПЯТА АВТОКРАТА

    Сразу после известия о кончине Айсултана в казахстанском обществе заговорили о подозрительных обстоятельствах смерти, появлялись предположения, что она могла быть итогом закулисной борьбы, учитывая недавние резкие заявления внука «лидера нации».

    Но в марте года британский коронер, расследовавшая смерть Назарбаева, заявила, что на момент смерти концентрация кокаина в его крови была чрезвычайно высокой, он умер «естественной смертью», «подозрительные обстоятельства исключены».

    Версии о насильственной смерти Айсултана появились во многом из-за недоверия общества к власти, полагает казахстанский журналист Ермурат Бапи, руководитель оппозиционной газеты «Дат».

    — [Были версии, что] в смерти Айсултана могла быть заинтересована его семья, точнее, в его изоляции от общества. Присутствие Айсултана в сегменте интернета было невыгодно семье. Другая версия: это дело рук третьих сил, чтобы воспользоваться моментом и сделать так, чтобы общество обвиняло семью. Возможно, эти люди хотели отомстить семье и решили использовать человека, — говорит Ермурат Бапи, который характеризует Айсултана как одинокого человека, обделенного вниманием после смерти отца и обиженного на семью.

    Живущий сейчас в России журналист родом из Казахстана Вячеслав Половинко, редактор «Новой газеты», считает, что конспирологические версии об убийстве Айсултана не нашли особого отклика даже у противников Назарбаева-старшего.

    — Рассуждать в категориях «семье его смерть была выгодна» я не стану: из того, что я видел, слышал и читал после смерти Айсултана, у меня сложилось впечатление, что тот же Нурсултан Назарбаев искренне, хоть и по-своему, горюет о рано ушедшем внуке. И, возможно, себя в этом винит больше остальных, ведь он лидер, который контролирует всю страну, а своего близкого человека проконтролировать не смог. Как тут не поверить, что семья и вправду уязвимое место автократа, — говорит Половинко, наблюдающий за политическими событиями в Казахстане.

    Семьи автократов становятся их ахиллесовой пятой благодаря самим же автократам. Во многих персоналистских режимах правители предоставляют своим родственникам огромные ресурсы и одновременно покровительство и защиту, пытаясь сделать семьи неуязвимыми, но получают обратное — собственную уязвимость, размышляет казахстанский политолог Димаш Альжанов. Отсутствие демократических процедур и сменяемости власти в богатых ресурсами клептократиях приводит к тому, люди из окружения первых лиц государства ощущают вседозволенность, говорит эксперт. Примеров в истории достаточно.

    Димаш Альжанов приводит Анголу, где «африканская принцесса» Изабель душ Сантуш, дочь теперь уже бывшего президента Жозе Эдуарду душ Сантуша, распоряжалась миллиардными активами, пока ее отец управлял богатой нефтью страной, большая часть населения которой живет за чертой бедности, а затем столкнулась с обвинениями в коррупции и сейчас избегает возвращения на родину.

    Другой случай — семья покойного Роберта Мугабе, правившего Зимбабве 37 лет. Пока большинство жителей африканского государства едва сводили концы с концами, жена президента тратила миллионы на роскошную одежду, а сыновья снимали видео в роскошных ночных клубах. Сын Мугабе выложил в Instagram видео, где он выливает дорогое шампанское на бриллиантовые наручные часы, подписав ролик: «60 тысяч долларов на запястье, когда твой отец управляет страной».

    Еще пример — Гульнара Каримова, дочь ныне покойного первого президента Узбекистана Ислама Каримова, которая когда-то рассматривалась как возможная преемница отца, но еще при его жизни — когда против нее завели дела о коррупции в западных странах — попала в немилость и была помещена под домашний арест в Ташкенте по обвинениям в экономических преступлениях. Через три года после смерти отца Каримову отправили в тюрьму, где она находится по сей день.

    УДАР ПО КУЛЬТУ И КАРЬЕРЕ?

    Случай с Каримовой скорее исключение из правил. Авторитарные лидеры, как показывает практика, «спускают многое с рук» членам своей семьи, говорит Вячеслав Половинко.

    — Чувствуя это, те идут вразнос. И как раз в этот момент они и становятся по-настоящему уязвимым местом авторитарного лидера. Поведение Айсултана играло против культа личности Назарбаева, однако говорить о решающем вкладе я бы не стал. Все-таки надо понимать, что Айсултан чаще всего не воспринимался через призму дедушки, он был фигурой «сам по себе». Я лично не слышал в пиковые моменты выходок Айсултана, что, мол, какой это позор для дедушки. Да, Айсултан был enfant terrible, его поступки в политическом контексте воспринимались именно как неспособность Назарбаева проконтролировать свою семью — но не как решающая ситуация, из-за которой рухнул культ личности. Да и он и не рухнул, — поясняет Половинко.

    Эксперт по Центральной Азии и обозреватель Радио Свободная Европа / Радио Свобода Брюс Панниер год назад, после смерти Айсултана, писал в своем блоге, что покойный внук был «неоднозначной фигурой и даже угрозой для имиджа Назарбаевых», заключив, что призрак Айсултана еще долго будет преследовать наследие семьи. Панниер говорит, что предсмертные заявления Айсултана нанесли серьезный удар по карьере его матери. И не только по ней.

    — Предполагалось, что Дарига Назарбаева сохранит высокий пост в государстве в течение долгого периода и станет хранительницей наследия отца и защитником интересов семьи после смерти Нурсултана Назарбаева. Многие ожидали, что Дарига вернется в [активную] политику после смещения с поста спикера парламента, но этого не произошло. Отчасти, конечно, проблема связана с получившими широкое распространение сообщениями о ее недвижимости в Великобритании. Сейчас у Дариги остается мало времени, чтобы изменить статус-кво в политическом мире Казахстана, учитывая, что ее отцу исполнился недавно 81 год. Очень низкий статус Дариги после смерти Айсултана не сулит ничего хорошего для семьи Назарбаевых после его смерти, — комментирует эксперт.

    ЗАКРЫВШЕЕСЯ ОКНО ИЛИ РАЗБИВШЕЕСЯ ЗЕРКАЛО?

    Журналист Ермурат Бапи отмечает, что со смертью Айсултана закрылось «окно» в мир правящих элит с ее подковерной борьбой.

    — Не думаю, что смерть Айсултана поставила всех на правильный путь. Бардак продолжается, просто мы сейчас в неведении. Общество будет знать о происходящем, когда будет поставлена окончательная биологическая точка этому режиму, — говорит Бапи.

    Вячеслав Половинко считает, что Айсултан был скорее не «окном» в мир политической верхушки, а «кривым зеркалом».

    — Изображение, которое мы видели, было искажённым, но смотреть на него было любопытно. Семье [Назарбаевых] это доставляло огромные неудобства, как доставляет неудобства любой семье возможное экстравагантное поведение человека с зависимостью, — комментирует Половинко.

    Димаш Альжанов говорит, что «случай с Айсултаном должен заставить общество задуматься над тем, что происходит в стране, как и кем она управляется, как распределяются ресурсы». «Не «окна» надо искать, а выходить из циклов правления автократов», — заключает политолог.


    Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

    Поделиться