«Насколько Кыргызстан приблизился к идеалу парламентской демократии?»

Автор -

В свете перехода от президентской к парламентской форме правления и первого в истории суверенного Кыргызстана прецедента мирной передачи власти, в обществе широко обсуждается концепция парламентской демократии, как курса, по которому будет продолжать двигаться страна. Проводятся многочисленные круглые столы и конференции, где зарубежные и местные эксперты пытаются дать оценку будущему Кыргызстана в условиях парламентаризма.

Прежде всего, я бы не хотела останавливаться на преимуществах и недостатках парламентской системы правления. У меня, как у руководителя организации, где работают практикующие адвокаты, весьма прагматичный подход, и я предпочитаю относиться к этой политической конструкции как к данности.  Очевидно одно — успех западноевропейских парламентских демократий оказался заразителен, и Кыргызстан не устоял перед соблазном последовать за столь удачным примером.

Я думаю, что в истории ничего не происходит случайно, и для воплощения идей парламентаризма в Кыргызстане существовали политические и исторические предпосылки. Поэтому я постараюсь остановиться на существующих проблемах, которые могут поставить реализацию этой идеи в нашей стране под угрозу.

Вряд ли где-то демократия существует в идеале, путь к ней – это постоянный процесс. И поэтому наша задача сегодня — честно ответить на вопрос: насколько Кыргызстан приблизился к этому идеалу?

Победа на выборах любыми способами = дискредитация идей парламентаризма

Парламентскую демократию как ничто другое отражают выборы, потому что представительная демократия в чистом виде это и есть возможность свободно выбирать. Прошедшие 30 октября выборы президента, несмотря на обилие высоких и положительных оценок, по мне, скорее, показывают отдаление от демократических идеалов. И вот почему. По оценкам разных экспертов и наблюдателей, около трети граждан республики просто не были допущены к избирательным урнам. В то же время делаются заявления, что не было прежнего количества «каруселей», подкупов и давления на СМИ. Но, извините, когда треть избирателей лишают возможности реализовать свое конституционное право проголосовать, этого и не нужно было делать. Такой примитивный и грубый, но, тем не менее, великолепно сработавший механизм нарушения избирательных прав граждан, не снился ни Аскару Акаеву, ни Курманбеку Бакиеву.

Я никоим образом не подвергаю сомнению, что лидером президентской гонки был Алмазбек Атамбаев, но его победа наталкивает меня на размышления о целях и способах их достижения. Приблизят ли нас к идеалам парламентаризма победа любой ценой и грубое попирание принципов демократического конституционализма? И в связи с этим, я бы предостерегла иностранных коллег от столь однозначно высокой оценки прошедших выборов, потому что считаю, что неразборчивость в средствах и методах приведет к дискредитации идей парламентаризма вообще, и в частности для региона Центральной Азии.

В отчетах миссий международных наблюдателей содержались фразы «в Кыргызстане во время выборов были серьезные проблемы с избирательными списками», но в целом процесс прошел лучше, чем мы ожидали». Вдумайтесь. Для меня, как гражданина Кыргызстана, эта фраза оскорбительна. Это вызывающе унизительная и хлесткая пощечина — для всего мира выборы должны проводиться в соответствии с принятыми стандартами, а для кыргызов «сойдет и так, лишь бы войны не было». Я бы с удовольствием откликнулась на призыв Розы Отунбаевой к неправительственным организациям не критиковать, но не могу закрыть глаза на нарушения конституционных прав трети граждан страны. К сожалению,  наш голос тонет в потоке дифирамбов – «спасибо, что добровольно ушли, спасибо, что войну  не развязали».  По сути, благодарим за то, что по закону должно быть. Это показатель как уровня беззакония  в стране, так и уничижительного в отношении себя мышления. А возможна ли демократия без самодостаточности граждан?

Принципы парламентской демократии, которым Кыргызстан не следует

Другой вопрос, на который нужно ответить честно: а является ли наша республика парламентской в чистом виде? Любой студент, знакомый с основами конституционного права скажет, что на самом деле у нас смешанная форма правления. Безусловно, Кыргызстан ближе к парламентаризму, чем соседние страны. Но для дальнейшего исследования мы должны проанализировать насколько мы следуем принципам продекларированной парламентской демократии.

Первым основополагающим принципом является возлагаемая на избранную власть обязанность представлять интересы народа. Я понимаю, насколько это тяжело в современных условиях деструктурированного общества Кыргызстана. Чьи интересы представляют сегодня политические партии, парламентарии, президент? Почитайте их программы и заявления, и вы увидите, что они одинаковые, несмотря на усилия большого количества приглашенных политтехнологов. А разногласия и расхождения должны быть на идейной основе, выражающей интересы слоя, класса, сословия, структуры. При отсутствии этого деления, появляется другое, основанное на региональных, национальных, клановых или конфессиональных признаках.

Второй, не менее важный принцип в условиях парламентской демократии – коллегиальная ответственность: правительства — перед парламентом, парламента – перед избирателями. За полтора последних года мы наблюдали «работу» многочисленных парламентских комиссий — по расследованию июньских и апрельских событий, по ситуации с банковскими ячейками, по делу сотового оператора MegaCom, по двойному гражданству у высокопоставленных чиновников… Хоть один раз после обнародования результатов расследования кто-нибудь понес наказание? Никто не отвечает за нарушение законодательства и введение в заблуждение, все заканчивается шантажом и «выторговыванием» политических дивидендов. Насколько Кыргызстан приблизился к идеалу парламентской демократии, если парламент фактически легализует коллегиальную  безответственность?

Следующий принцип- принцип разделения властей, как квинтэссенция идеи демократии и парламентаризма, баланс ветвей власти, их взаимозависимость и взаимоконтроль. Удалось ли нам его достичь? Достаточно упомянуть «убийство»судебной системы под вывеской реформирования и борьбы с коррупцией. Танцы на трупе успешно продолжаются уже с участием массовки: группы поддержки из НПО, увы, поддались энергетике толпы. Я называю это «Да здравствует шиитизация всей страны!».

Основными нарушителями другого основополагающего принципа парламентской демократии – принципа верховенства права в виде Конституции являются парламентарии и высшие руководители страны. Правовая клиника «Адилет» не раз направляла обращения о грубейших нарушениях законодательства в адрес Жогорку Кенеша, председателей комитетов, Генеральной прокуратуры, президента переходного периода. По сути, эти институты должны стоять на защите прав граждан, но превратились в механизмы давления на политических оппонентов. Такого беспредела я не видела никогда. Достаточно подозрений в аффилированности с прежним режимом – это новая терминология, на основе которой сначала методично «обезжиривают», а потом систематично «прессингуют».

Результат применения большевистских методов «новой демократичной парламентской власти» — многократно возросшее количество прошений политического убежища в зарубежные страны со стороны граждан Кыргызстан. Вот реальный показатель уровня демократии. Статистика – вещь простая и очевидная, и она объективно и беспристрастно свидетельствует, что большевизм и парламентаризм несовместимы.

И наконец, последний немаловажный принцип парламентской демократии – публичность политики как духовная основа парламентской системы, потому что через публичные дискуссии в идеале должна вырабатываться истина и устанавливаться справедливость. Да, скандалов и закулисных подробностей в публичном пространстве стало больше, но обсуждения по самым животрепещущим и болезненным вопросам по-прежнему проходят за закрытыми дверями без доступа СМИ, а если информация и просачивается, то на нее никто и не реагирует. Кого можно сегодня напугать общественным мнением? Самый яркий пример — скандал вокруг банковских ячеек «АзияУниверсалБанка». В таком случае за фасадом под названием «парламентская демократия» скрывается удовлетворение сиюминутных политических и экономических интересов политиков.

Я думаю, если мы будем продолжать скрывать эти проблемы и бояться говорить об этом,  тогда мы станем соучастниками лжи и лицемерия, мы будем поощрять фальсификацию концепта парламентской демократии.

Позитив и перспективы

Я редко говорю о позитиве, но он, конечно, есть. Например, стремление к свободе и демократии стало частью нашего народа, и в Центральной Азии мы всегда отличались этим. Нас, несмотря на весь дурдом, любят и поддерживают доноры и международные организации. Последние назначения Алмазбека Атамбаева тоже вселяют надежду. Когда он заменил руководителя Аппарата президента (вместо Эмилбека Каптагаева – Жанторо Сатыбалдиев – прим. ред), впервые за многие месяцы, я была готова расцеловать его, потому что наконец-то назначили человека, который может работать, а не просто болтать и плести интриги.

Возможности для установления парламентаризма и сохранения демократии тоже есть. Нужно подумать над разработкой способов и механизмов рекрутирования политической элиты другого качества и целеполагания и обучению партийных функционеров, которые займутся нормальным партстроительством, системно и постоянно, а не по случаю приближающихся выборов.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться